|
27 октября 2008
Виктор Матизен
Лучше идти, чем бежать.
Лучше стоять, чем идти.
Лучше сидеть, чем стоять.
Лучше лежать, чем сидеть.
Лучше умереть, чем лежать.
(Восточная мудрость)
 Махмальбаф всегда тяготел к полудокументальным формам, но Крик муравьев - это игровой документализм на грани вырождения. Из-за крамольной темы богоискательства, сопряженного с сомнениями в существовании Аллаха, режиссеру запретили снимать в Иране (и, соответственно, запретили прокат фильма), и он с двумя непрофессиональными актерами, изображающими супружескую чету, двинулся в Индию, чтобы внедрить сюжет в натуральную или слегка подстроенную обстановку. Цель путешествия героев - найти "совершенного человека", который мог бы совершить поворот в их сознании. Стремится к этому, собственно, жена, тогда как муж (на вид ему около 40, лет на 15 больше, чем ей) пребывает в позиции скептического наблюдателя и комментатора. Эксцентрическая деталь - чета прихватила с собой стул , который намерена сакрализовать по просьбе оставшегося за кадром учителя, усадив на этот стул "совершенного человека".
Путешествие, как и положено в "роуд муви", представляет собой ряд встреч - с местным журналистом (который говорит им, что все, кто приезжает в Индию, чтобы найти смысл жизни – глупцы), со стариком (который якобы останавливает поезда взглядом, а на самом деле просто садится на рельсы, вынуждая машинистов затормозить, а в это время толпа нищих выпрашивает у пассажиров подачки), с таксистом (который, обнаружив в салоне муху, поворачивает с полпути назад, чтобы вернуть ее на прежнее место), с пастухом (он и есть совершенный человек, который произносит центральную сентенцию фильма: "Если вы верите в Бога, он есть, а если не верите – его нет"), со старухой (которая хочет прервать цепь перевоплощений) и с перебравшимся в Индию немцем (который объясняет героям технологию сожжения мертвых и произносит тирады о дерьме в духе тех, что печатаются на футболках). Кроме того, муж сепаратно от жены встречает проститутку и использует ее как столик для письма. Нет только встречи с муравьями – возможно из-за того, что героиня молит Бога не посылать их ей под ноги.
Поскольку ни один из эпизодов не имеет драматургического, психологического или интеллектуального развития, фильм сводится к последовательности сентенций, без особых эмоций произносимых персонажами и не слишком привязанных к достаточно банальному видеоряду. Почти все они ироничны, некоторые даже остроумны, но для человека, хоть немного знакомого с традицией европейского атеистического вольномыслия, не представляют ничего нового. Тем самым Махмальбаф оказался в странном положении – в мусульманских странах, где его ирония и скептицизм имеют смысл, картина показана быть не может, а в странах христианских это пройденный этап. Исключение составляет Россия, чьи кинематографисты, ранее стоявшие на коленях перед коммунистической партией и ее вождями, остались стоять на них перед Богом и его земными представителями, но в России его фильм может заинтересовать только очень узкую аудиторию. Тем более, что россияне, насидевшиеся дома при советской власти, любят путешествия, а Крик муравьев, во-первых, предупреждает, что всякое человеческое движение причиняет смерть живым существам, а во-вторых, кончается словами "совершенного человека", прямо направленными против туризма: "Вернувшись домой из долгого путешествия по морям и землям, я посмотрел на каплю воды и увидел, что в ней отражается весь мир".
Еще bon mots:
"Каждый, кто нашел истину – фашист"
"Зеркала порождают эгоизм"
"Если Бог существует, он сожалеет, что создал человека"
|
|
Версия для печати
