Антон Сазонов
Профессиональный фигурист Андрей Грязев ворвался в мир кино одним прыжком. Антону Сазонову стихийно талантливый режиссер рассказал о том, какое место в его жизни занимают фигурное катание и кино, как он находит героев для своих фильмов и что собирается делать дальше.
Читать далее
|
|
|
|
|
14 марта 2009
Иван Денисов
 Реакция европейцев на представителей американской культуры порой удивляет. Какой типаж американца жители Старого Света демонстративно проклинают и презирают? Мужчина средних лет, правых взглядов, ненавидящий врагов США, поддерживающий республиканцев, гордящийся бойскаутским прошлым, не очень хорошо начитанный, ориентирующийся в основном только в американском кино и потребляющий фаст-фуд в чрезмерных количествах. А какого американского режиссёра европейцы особенно нежно любят последние лет этак двадцать пять? Дэвида Линча, который в точности совпадает с вышеприведённым описанием.
Впрочем, подобные соединения несоединимого в жизни и творчестве выдающегося кинематографиста вообще должны восприниматься как должное. Отношения с американской критикой у Линча тоже своеобразные. Он вполне подходит под определения "американский оригинал" и "американский сюрреалист", но любимцем пишущей о кино публики его трудно назвать. Критики порой мечутся из крайности в крайность, пытаясь подогнать Линча под собственное восприятие. Вспомним знаменитого и очень сварливого Роджера Эберта, который в 90-е проклинал нашего героя за вторичность по отношению к Рассу Майеру (не без оснований, надо признать), а в новом веке стал захлебываться восторгом по поводу Простой истории и Малхолланд драйв. Среди коллег режиссёра тоже можно обнаружить самых неожиданных поклонников. К примеру, никогда не причислявшегося к интеллектуалам комика Мела Брукса, давшего самое точное определение Линчу: "Джимми Стюарт с Марса", в котором заключена та комбинация всеамериканской повседневности (персонифицированная замечательным актёром Стюартом в классике 40-50-х) и гипнотизирующей ирреальности, что притягивает исследователей к творчеству Линча уже многие годы.
Внушительного объёма том серьёзного киноисторика Олсона (более семисот страниц) претендует на то, чтобы стать "главной книгой о Линче". По крайней мере, на данный момент, пока режиссёр не удивил публику очередным фильмом. Олсон даёт читателю необходимые биографические данные, но большее внимание уделяет всё же тщательному, покадровому разбору картин Линча, включая короткометражные ленты и телевизионные проекты.
 Линч известен замкнутостью и нежеланием пускать посторонних в свой внутренний мир, поэтому для биографа он не самый легкий объект. Олсон рассказывает о важных событиях в жизни героя, но трактует их зачастую не сам Линч, хотя он и принимал немалое участие в работе над книгой, а его друзья, коллеги и близкие женщины (женщины и Линч – тема особенная). Линч-человек получается при всей замкнутости очень дружелюбным и приятным в общении джентльменом, который за время работы в кино практически не нажил себе врагов. Напротив, он создал тесный круг единомышленников и даже смог восстановить отношения с теми, с кем имел некоторые проблемы в творческом или личном плане. Но не стоит думать, что режиссёр совсем уж идеализирован, вы, например, сможете отметить в нем характерную для многих талантливых людей склонность к чересчур оригинальному восприятию мира - наш герой уверен в непогрешимости индийских религиозных учений и считает, что медитация и йога спасут мир от всех бед.
В биографической части книги Олсон прослеживает некоторые влияния, которые признаёт и сам Линч. Прежде всего это, конечно, странности Америки 50-х, расцвеченной яркими цветами фильмов Тэшлина, озвученной шутками с ТВ и набирающей моду рок-музыкой консервативно-благополучная жизнь, за которой скрывалась паранойя "холодной войны", страхи перед всесилием организованной преступности, отзывавшиеся в мрачности "нуаров" и грайндхасуных хорроров. Одним словом, Америка была готовым фильмом Дэвида Линча. Олсон опровергает и созданный самим Линчем миф о малой начитанности и насмотренности режиссёра. Он, конечно, не Тарантино и даже не Расс Майер, но тем не менее: Линч признаёт, что умению "растворять" ирреальные ситуации среди повседневной обыденности он во многом научился у Гоголя ("Нос") и Кафки ("Превращение"), а перечисление любимых фильмов режиссёра кое-что проясняет в пристрастии кинематографиста к определённым темам и приёмам. Например, внимание к звуку, извлечение абсурдистсткого юмора из обычных событий он позаимствовал из комедии Это подарок Нормана З. Маклеода (в главной роли - обожаемый Линчем У.К.Филдс). Рассказчики "по ту сторону жизни", любовь-ненависть к Лос-Анджелесу и Голливуду – из Бульвара Сансет Билли Уайлдера. Наконец, яркие цвета как изнанка чёрно-белой реальности, поиск героями ответов на свои вопросы, феи и подобные им неземные (в прямом и переносном смысле) красавицы – из самого любимого фильма Линча, Волшебник страны Оз Виктора Флеминга.
2 страницы
1 2  
|
|
|
|
Версия для печати
