Драйер - гениальный режиссер, я без каких либо сомнений внес его в свой список любимых, пересмотрев в свое время его картину "Страсти Жанны Д'Арк". Но если "Страсти Жанны Д'Арк" - это изобразительный шедевр в кино человеческих эмоций, то "Слово" - шедевр во всем (продуманные диалоги, безупречная изобразительная композиция, гениальная игра актеров и к деталям продуманный сюжет).
При просмотре фильма, создается впечатление, будто смотришь какую-то театральную постановку. Все действие происходит в доме бывшего пастора Мортена (главы семейства Борсгенгарденов), кроме 3-их эпизодов, которые происходят в дому сапожника Петера Петерсена - конкурента бывшего пастора из другого религиозного течения). Ограничен и круг персонажей - бывший пастор, его сыны (Иоханес, Микель, Андерс), жена Микеля - Инге, сапожник - Петер Петерсен, его дочь - Анна (в которую влюблен младший сын пастора, Андерс), новый пастор, врач и несколько вторичных персонажей (так бы сказать - для "массовки", хотя можно было обойтись и без них).
В фильме рассказывается о невозможности людьми познать Бога, и этим он в кое-чем перекликается с более поздними роботами на эту же тематику Бергмана (его известная трилогия "Как в зеркале", "Причастие", "Молчание"). Мне так думается, что именно Драйер дал толчок для раздумий Бергману, который потом эту тему развил и посвятил ей чуть ли не все свое дальнейшее творчество (тема познания человеком истины).
Аналогия между картиной Драйера и трилогией Бергмана есть просто разительной даже на уровне сюжетной линии...
Во-первых: "душевная болезнь" старшего сына семейства Борсгенгарденов - Иоханеса, который считает себя Иисусом и болезнь Карин из картины Бергмана - "Как в зеркале" (она слышит разные звуки, а еще Карин напрасно старается увидеть Бога). В картине Драйєра Отец Иоханеса просил от Господа чуда, он хотел, чтобы Отец Небесный сделал его сына просветителем, носителем нового учения, так как же человечество прогнило в своем неверье. Но отец забыл, что прося у Бога, нужно верить у него и не требовать чуда явного и немедленно. Когда же Иоганес сошел с ума вера Мортена покачнулась. В первой из трилогий Бергмана сюжет разворачивается чуточку по-иному, хотя тема остается той же. В картине "Как в зеркале" Карин ждет чуда от Бога, оно состоит в том, что Господь должен явиться ей. На основе этого и развивается ее душевная болезнь... Иоханес и Карин, несмотря на свои душевные недуги, выглядят в как раз наиболее "нормальными" персонажами в фильмах двух режиссеров, сравнительно с разочарованием, холодностью и непониманием других персонажей.
Во-вторых: "мрак" неверных убеждений, тех людей которые, должны бы быть главными носителями истинной веры. В картине "Слово", Мортена (бывшего пастора), разрывают сомнения относительно способности Бога создавать чудо, ведь он столько умолял его об этом, но чудо так и не состоялось. Наоборот одни беды свалились на его семью (сумасшествие старшего сына, смерть любимой невестки вместе с, долгожданным, новорожденным сыном). Мортен забыл, что "Бог создает чудеса тихо и незаметно, чтобы никто не паникерствовал". Так его сын сошел с ума, зато он имеет странный дар видеть то, что недоступное глазу обычного человека, он способен видеть "истину", он наставляет людей цитатами из Нового Завета, но люди черствые, живут в своих "оболочках", созданных с целью защиты от вражеского мира и не прислушаются к нему. Средний сын Микель никогда не верил в Бога, и только явное чудо заставляет его навернуться к вере, врач и новый пастор являются непоправимыми материалистами, хотя именно они должны донести к людям идею возможности Господнего чуда. Бергман в своей картине "Причастие" пошел немного дальше. Священник Томас Ериксон также потерял веру в Бога, но совсем по другим причинам. Он не требует от Отца Небесного чуда, он руководствуется совсем другими причинами (обида на Бога за неудачную судьбу, за невыполнимые мечты), причиной же этого есть черствость, непонимание проблем ближнего своего, что и приводит иногда к губительным следствиям. В картине же Драйера персонажи, хотя и утратили веру, но еще просят у Бога помощи. Томас Еріксон, с Бергмановского "Причастия", если и обращается к Богу, то быстрее за привычкой, его уныние есть полным.
В-третьих: черствость людей по отношению один к другому, непонимание не только проблем ближнего, а и своих личных. В картине Драйера первопричиной выступает неправильное понимание веры и неспособность полюбить ближнего своего. Старый Мортен верит в Бога доброго, светлого, всепрощающего, такого, который дарит радость жизни. Сапожник Петер Петерсен верит у Бог темного, который не прощает грешников, от его Господа "веет холодом и мраком могилы". Оба, на основе этих своих убеждений, есть непримиримыми врагами, забывая основную суть веры - любви, понимание и прощение друг друга. Эту же тему изображает Бергман в последней части своей трилогии "Молчание". Но и здесь он пошел дальше Драйера. В его картине люди словно живут в собственном миру, построили вокруг себя стену, чтобы защищаться от непонятного им внешнего мира. Но проблема заключается в том, что так случилось не за невозможностью людей познать Бог, а прежде всего, к этому привело нежелание и невозможность познать людьми себя.
Поэтому я считаю трилогию Бергмана продолжением темы, освещенной в "Слове" Драйером, но другими средствами. Несомненным есть влияние Драйера на его мировоззрение. А фильм "Слово" небезосновательно вношу в список "этапных" в истории мирового кино!
Версия для печати
