Обычно супергероев мы ассоциируем с комиксами, их экранизациями или стилизациями под эти экранизации. Но супергерои попали под каток леволиберального конформизма.
Попасть в главную конкурсную программу одного из трёх важнейших европейских фестивалей – большая честь, которая часто оборачивается мировой известностью для фильма и его создателей. Как я провел этим летомАлексея Попогребского стала первой отечественной картиной, отобранной в конкурс Берлинского кинофестиваля, после Солнца Александра Сокурова. Не исключено, что в случае с последним сыграл свою роль политический аспект – Сокуров к тому моменту считался резидентом Каннского фестиваля, и для отборщиков Берлинале было безусловно ценно переманить российское "солнце" к себе. Почему фильм про заполярных вахтеров, запертых северной природой на метеорологической станции, оказался в берлинском конкурсе, мы решили выяснить у режиссера фильма.
С Алексеем мы встречаемся в кафе. Он обращает моё внимание на стену – на большом экране неспешно сменяются сцены Скрытого клинка Ёдзи Ямады, который в этом году удостоился участия в конкурсной программе Берлинского кинофестиваля уже в четвертый раз. В одном списке с Попогребским значатся также Роман Полански и Мартин Скорсезе. Так и не подумаешь, что теперь он – ровня классикам мирового кино. Похоже, что и ему новая роль пока не очень привычна. Бородатый молодой человек напротив меня держится очень скромно. Все полтора часа, которые режиссер исправно разливает чай на двоих, я искренне желаю ему победы, чтобы в старости изводить своих детей стократным рассказом про этот самый чай.
