Финансирование 

Куда нужно идти, чтобы получить деньги на финансирование среднестатистического фильма?

Тут вопрос в том, что такое среднестатистический фильм. У нас рынок устроен таким образом, что среднестатистическому фильму на нем нет места. Не очень понятно, зачем среднестатистический фильм вообще делать. Тем более непонятно, на какие средства его можно сделать. Потому что все среднестатистическое группируется вокруг того, что можно назвать бизнесом — вокруг телевидения, вокруг интернета. Где угодно, но только не вокруг кино. Среднестатистическому на кинорынке нет места.


Ок, просто на финансирование фильма.

Источников финансирования достаточно много. Но рынок устроен таким образом, что это финансирование можно привлекать только под какие-то очень знаковые, яркие или обусловленные не экономической, а какой-то иной логикой проекты. Деньги-то имеются: государственные, телевизионные, частные и даже европейские. Денег, на самом деле, много. А людей, которые могут ими умело распорядиться, очень мало.


А вы куда обычно обращаетесь за деньгами?

Мы всегда исходим из проекта. Есть очень простой тезис: деньги оказывают серьезное влияние на конечные качества выпускаемого продукта. В том числе от этого сильно зависит итоговая востребованность продукта. Поэтому мы для разных фильмов всегда выстраиваем разные схемы финансирования — в зависимости от того, какой результат хотим получить на выходе. Основная наша задача сводится к тому, чтобы, с одной стороны, используемые нами финансовые инструменты облегчили вопрос дистрибуции, а с другой — чтобы они минимально сказывались на качестве, не давили и не оказывали неправильного воздействия на творческий процесс.

Сколько обычно занимает процесс сбора денег?

В силу того, что наш рынок находится в удручающем состоянии, используемая нами схема занимает очень много времени. Разумеется, проще всего взять бюджет на фильм в одном месте. Половину бюджета сразу оставить себе в качестве заработка продюсерской компании и дальше уже особо не думать о том, какая прокатная судьба ждет фильм. Если продюсер заработал 50% бюджета еще в процессе производства, то его вообще не должно волновать, будет ли этот фильм впоследствии продан. Такие фильмы можно делать очень быстро. И подобных примеров производства на нашем рынке, к сожалению, очень много. Мы идем совершенно по другому пути. Пытаясь обеспечить творческую свободу тем режиссерам, которые у нас работают, мы вынуждены привлекать деньги из разных источников. Иногда, конечно, возникают какие-то перерывы. Например, Громозека снимался в два захода из-за того, что часть бюджета пришла с очень большим опозданием. И работа в результате шла три года вместо полутора.
Сколько ваша компания выпускает фильмов в год?

В среднем — два.


С чем связано такое количество? Почему не больше?

Потому что производить больше у нас нет возможности. Мы существуем только благодаря тем деньгам, которые компания зарабатывает в процессе телевизионного производства, и деньгам, которые мы можем привлечь на рынке. Мы могли бы производить и три картины в год, но у нас нет для этого достаточных финансовых возможностей.


Деньги частных инвесторов вы привлекаете? Каким образом это делается?

Привлекаем. Берутся кредиты, используются спонсорские деньги - механизмов хватает. Все они работают — так или иначе.


А если ты молодой режиссер — куда идти, если ты хочешь снять свой первый фильм?

Молодому режиссеру лучше всего начинать с малых форм. Мы когда-то рисовали для себя треугольник с широким основанием внизу, объясняющий картину. Есть множество людей, которые хотят снимать кино. Они пробуют себя всюду, где это возможно — это может быть короткометражное кино, телевизионные сериалы. Дальше эта группа людей сама по себе фильтруется — кто-то на этом уровне сразу может продемонстрировать выдающиеся результаты, кто-то не может. Те, кто смог, переходят на следующий уровень. Этим следующим уровнем может быть мини-сериал с большим бюджетом или телевизионный фильм. Либо короткометражные фильмы, которые делаются уже с большими возможностями. И только на следующей ступени начинающий режиссер достигает вершины пирамиды — получает возможность снять полнометражное кино. Довольно странно выглядит, когда люди, только что закончившие ВГИК, считают, что они готовы и созрели к тому, чтобы запускаться с полнометражным фильмом. По большому счету, это абсурд. Нам, продюсерам, нужны очень веские основания для того, чтобы того или иного человека запустить в производство. Этими вескими основаниями являются предшествующие работы. Никто ведь не хочет рисковать. Но на нашем рынке широко распространена другая модель, когда у продюсера есть бюджет и ему не очень важно, кто сядет за режиссерское кресло. Главное, чтобы диплом режиссера имелся. Результат заранее известен, но зато состоялось главное — произошел финансовый процесс. Это очень сильно девальвирует профессию продюсера и профессию режиссера.


Много таких случаев?

Не просто много, у нас вся индустрия построена на такого рода конструкциях. Что и приводит к тому результату, который мы имеем. Понятие "российское кино" на сегодняшний день стало чем-то вроде антибренда.


Но есть же исключения — например, Роман Каримов.

Каримов — прекрасный пример. Вы видели его последнюю картину?


Еще не успел.

Посмотрите. На ней отразились все болезни, которые только можно выявить у нас на рынке. Хотя, казалось бы, какой многообещающий автор был. Но как только он оказался в ситуации, когда у него появилось чуть больше возможностей и меньше ограничителей, произошел сеанс саморазоблачения.