Антон Сазонов
Профессиональный фигурист Андрей Грязев ворвался в мир кино одним прыжком. Антону Сазонову стихийно талантливый режиссер рассказал о том, какое место в его жизни занимают фигурное катание и кино, как он находит героев для своих фильмов и что собирается делать дальше.
Читать далее
|
|
|
|
|
18 мая 2011
Алексей Гуськов
 Вот уж кому алкоголь явно не помеха, чтобы творить, так это Аки Каурисмяки. Уехав с родины и, по всей видимости, развязавшись, он родился заново.
Ожидания, честно говоря, были не самые радужные - Гавр снимался во Франции, его сюжет вращается вокруг спасения африканского мальчика, сбежавшего от иммиграционных служб в том самом Гавре. Но на деле фильм, неожиданный сиквел Жизни богемы, оказался по-настощему хорош.
Посреди пестуемого Канном гламура Аки Каурисмяки смотрится человеком посторонним. На красной ковровой дорожке, где положено красиво позировать фотографам, финн лениво ворочался перед камерами и, зажав сигарету в уголке рта, неохотно изображал улыбку. Закурил он и на официальной пресс-конференции, тихо ворча на ошалевших от такой непосредственности каннских работников. Когда ему испуганно объяснили, что в зале стоит противопожарная система, которая сейчас всех утопит, невозмутимо засунул сигарету огоньком в зубы и сидел так, пока ему не принесли стаканчик с водой. И фильм его такой же - свойский, ровный, ни капли не амбициозный.
Главный герой - старый неунывающий чистильщик обуви, которого отовсюду гоняют. Да и не очень-то нужны его услуги в нашем мире. Гавр в плане отношений устаревшего во всех смыслах профессионала и случайно прибившегося ребенка выглядит невольным парафразом Иллюзиониста Сильвена Шоме, но гораздо светлее и веселее. Чистка обуви здесь - лишь повод для шуток и введения в сюжет коллеги, молодого друга-вьетнамца с паспортом на китайца Чанга.
В финских фильмах Каурисмяки очень сбивали с толку русские на вид и по поведению люди, зачем-то разговаривающие на чужом языке и живущие в странном месте. Гавр тоже смущает, но из-за несерьезного характера фильма не сразу понимаешь, чем именно. Как только понимаешь, становится хорошо пуще прежнего. Представьте себе кино Брессона где-то времен Денег, только комедийное и с финским акцентом - это и есть новый Каурисмяки.
Фильм очень по-домашнему снят - статичные сцены разыгрываются или в помещении, или на маленьком, ловко ограниченном кадром участке пространства, с минимальным реквизитом и немалой условностью. Панорамные сцены порта в начале и конце фильма нужны, кажется, только для того, чтобы оправдать название. При желании перенести фильм на театральную сцену не составит большой проблемы. Немалая часть картины проходит в тихих барах, населенных истинно каурисмякиевской живностью - молчаливыми "маленькими" людьми, часто с финской внешностью и даже прическами, похожими на окультуренных "Ленинградских ковбоев". Важную сюжетную роль играет благотворительный концерт старых смешных рокеров, на собранные на нем деньги мальчик продолжит свой нелегальный морской путь к маме в Лондон.
Мир Каурисмяки в Гавре очень теплый, душу согревает. Он мягкий, почти бархатный - хочется потрогать. Прохладная картинка прошлого отброшена, везде заменена насыщенными, но приятными цветами; даже разноцветные контейнеры в порту сочетаются между собой. У Каурисмяки традиционно нет мобильных телефонов, компьютеров и электронных кассовых аппаратов, зато теперь много старых друзей, не очень-то куда-либо торопящихся, всегда готовых выпить по рюмочке, а в случае необходимости и придти на помощь. Притом с радостью.
Сюжет вообще-то в основе своей не радостный, но создается такое впечатление, что расслабленный Францией режиссер в какой-то момент передумал и снял ласковую ностальгическую комедию, в которой хорошо заканчивается даже то, что не может хорошо закончиться. Мрачный инспектор в черном (ходячая пародия на героев Мельвилля), вслух признающийся в нелюбви ко всем людям - и тот к концу проявит недюжинную человечность. Сказочный, но от того не менее греющий вираж в гуманизм уже представляется главным позитивным трендом лучших фильмов Каннского фестиваля. Триер, как обычно, ни в какой тренд не вписывается.
|
|
|
Версия для печати
