Ранго - из тех фильмов, с которых спрашиваешь по полной, без скидок. Этот мультфильм стоимостью $135 млн. был сделан под лейблами Paramount и Nickelodeon режиссером Гором Вербински (Пираты Карибского моря) и студией Джорджа Лукаса ILM, создававшей спец-эффекты на Гарри Поттерах, Трансформерах и всех прочих "крутых" фильмах, начиная со Звездных войн 1970-х. Сценарий Ранго прорабатывал Джон Логан (Гладиатор, Авиатор, Суини Тодд), композитором был звездный Ханс Циммер (создавший отличную музыку к сотне отличных фильмов, начиная от Человека дождя до Короля Льва), а роли озвучивали (в неанглоязычном прокате это, конечно, не важно, но все же) Джонни Депп, Исла Фишер, Альфред Молина и т. д.

В общем, все создатели Ранго не новички в профессии (хотя Вербински и студия ILM непосредственно в анимации раньше не работали), и от их альянса можно было бы ожидать классного результата (хотя бы в том смысле и в той степени, в каких классными были Пираты).

Но итог их работы оказался совсем иным. Сомневаюсь, что найдется много людей в здравом уме, которые назовут этот фильм классным. Наиболее распространенным и логичным в данном случае становится слово странный, которое можно услышать от каждого второго зрителя и критика.

Не то чтобы Ранго был по-настоящему революционным, и все же это довольно необычный и даже экспериментальный фильм, особенно если рассматривать его в контексте анимационной истории. Во-первых, это крайне редкий пример высокобюджетного мультика, сделанного в расчете не на семейную, а скорее на подростково-молодежную аудиторию. Во-вторых, опять же, почти исключительный для голливудской анимации (и в частности, для 3D-анимации) образчик "непривлекательного" дизайна (местом действия становится пустыня с разваливающимся грязным городишкой, а героями – крысы, рептилии и тараканы, которые, несмотря на свой поведенческий антропоморфизм, выглядят отталкивающе натуралистично). В-третьих, режиссер довольно активно задействует в своем фильме некоторые приемы экспериментального и фестивального аниматографа (то и дело вспоминаются такие культовые фигуры анимации "не для всех" как братья Квэй или Филл Маллой). В-четвертых, авторы постоянно умничают – то "Страх и отвращение в Лас-Вегасе" процитируют, то устроят игру в "угадай мелодию", то начинают использовать словечки, которые и взрослый-то не каждый знает – вроде "парадигмы" или "протагониста". Однако все эти финты ушами, перемешиваясь безудержным экшном, шутками ниже пояса и жестоким мочиловом, удивительным образом ведут ко всеобщему зрительскому веселью и восторгу.

Будет непросто вспомнить еще один анимационный фильм, который хотя бы отдаленно подходил бы под это описание. А если добавить еще, что Ранго - это пародия на вестерн (жанр, очень плохо в анимации исследованный), то мультик от Вербински со товарищи начинает выглядеть и вовсе уникальным изделием – пожалуй что не имеющим аналогов в истории кино.
Судя по интервью, Вербински понимал, что делает. Идея Ранго зрела долго – она появилась еще до Пиратов, и все это время не лежала пассивно, а как-то формировалась в сознании режиссера, заставляя его просыпаться по ночам и вдохновенно придумывать новые детали и подробности.

Он говорит, что началось все с желания сделать пародию на вестерн – фильм, состоящий сплошь из киношных штампов, которые оживали бы на экране в новых неожиданных героях. Так родился город рептилий и грызунов, где каждый являет собой образчик типичного героя вестерна. Вот эмансипированная девушка, которая после смерти отца отказывается продавать семейное ранчо и готова ради своей "тары" сражаться с целым миром; вот важный мэр, который пытается создать очаги цивилизации в городке на Диком Западе; вот бандиты, которые держат всю округу в страхе; вот завсегдатаи салуна во главе с барменом, которые страшны на вид, но наивны по сути… а вот и заезжий искатель приключений, который по причине своего нон-конформизма оказывается втянут в интриги местной жизни.

Последний и есть хамелеон Ранго. Его предыстория, кратко, но выразительно показанная в начале фильма, сводится к одинокой жизни в аквариуме, где он, видимо, насмотревшись телевизора, разыгрывает перед пластмассовой рыбкой и безголовым трупиком Барби самодеятельные спектакли. Он никчемен, неумен и абсолютно не приспособлен к жизни (даже изменить окраску подобающим образом не может). Зато в лицедействе не знает равных – и этот талант оказывается ему очень на пользу, когда Ранго попадает в пустынную Сушь – полуразрушенный городок, страдающий от бесконечной жажды. Здесь, запудрив головы обитателям, ящерка становится шерифом, героем, безудержным смельчаком и изобретательным ловкачом. Однако вскоре Ранго приходится задуматься о том, кто же он есть на самом деле.




Интрига, сама по себе ничуть не оригинальная, получает в фильме совершенно неожиданный оттенок звучания. Занимающийся бесконечной имитацией, абсолютно погрязший в штампах массовой (или растиражированной) культуры, хамелеон даже в "момент истины" вместо Бога видит киноактера. И все же в финале, как и полагается, совершает Поступок, приводя к мысли, которая, помнится, озвучивалась голосом Владимира Высоцкого в советском фильме об Айвенго – "значит, нужные книги ты в детстве читал".
О да, заглавный герой смотрел правильное, по мнению создателей, кино. Как и многие современные пародии, Ранго - это скорее не осмеяние вестерна, а признание в любви этому жанру, в котором так много благородства, неистового мужества, волевой решимости – жанру, воспевающему дикость, неразумность и отстаивающего ценность жизни вне цивилизации с ее красивой мерностью и скучной безопасностью.

И в этом главная странность фильма. Есть что-то взаправду удивительное в том, чтобы голливудский режиссер такого скучного вида воспевал хаос, грязь, вонь и уродство, доказывая их внутреннее превосходство над стройной гармонией богатого голливудского анимационного кино.