Иван Денисов
Обычно супергероев мы ассоциируем с комиксами, их экранизациями или стилизациями под эти экранизации. Но супергерои попали под каток леволиберального конформизма.
Читать далее
|
|
|
|
|
8 декабря 2008
Иван Денисов
 Автобиографические заметки актёра обычно выдержаны в абсурдистском ключе. Например, "Охота на крупную дичь в Небраске" начинается так: "Все помнят мой триумфальный тур по Небраске осенью 1776 года. Но мало кто помнит, как я чудом избежал смерти во время того тура. Если кто-то всё же помнит и такое, то я несказанно удивлён, так как сочиняю эту историю в данный момент". В дальнейшем в рассказе появляются преступные музыканты, загадочный конкурент Филдса по фамилии "Рахманинофф", а в кульминации герою приходится столкнуться с водоплавающей человеческой головой, путешествующей отдельно от тела.
Обманчиво серьёзные воспоминания о том, как дядя Билл отучил своего приятеля от опиума и приучил к виски, завершаются стопроцентно филдсовским эпилогом : "В тот вечер Чик вернулся домой другим человеком и сразу пристрелил свою собаку. Его жена прислала мне длинное благодарственное письмо, но я не рискну его воспроизводить".
Филдс всерьёз думал стать колумнистом по примеру Роджерса, тем более что его приглашали, но, хотя сохранилось много его черновых вариантов своей потенциальной колонки, идея так и не реализовалась. Зато в 1940 актёр-писатель издал книгу "Филдса – в президенты!" (книжные проекты с такими названиями были популярны среди комиков, вышло даже издание "Грейси Аллен – в президенты!"). Сатира на политику вызвала смешанную реакцию. В американском обществе, опасно приблизившемся к авторитаризму в своём восхищении Рузвельтом, язвительная атака Филдса на власть многих смутила. Но многих и восхитила. Великий Человек подтвердил славу вечного оппозиционера. А глава "Как уклониться от уплаты налогов – и чем потом заняться в тюрьме", по признанию Граучо Маркса, вдохновила его на собственную книгу о комичной стороне налогообложения. Поэтому и в литературе Филдс отметился успехом. Но особое внимание актёр всё же решил уделить радио.
Сам Филдс говорил, что радио спасло ему жизнь, имея в виду долгие часы в больнице, когда говорящая коробка была его единственным компаньоном. Вообще же стать звездой радио в 30-е было не менее почётно и сложно, чем звездой экрана. Те же универсалы братья Маркс первую попытку покорить радиоэфир превратили в полный провал. Однако Великий Человек вскоре стал едва ли не самым узнаваемым голосом Америки (разве недруг ФДР мог составить конкуренцию). Новый виток карьеры Филдса не изменил его независимый характер, он с лёгкостью позволял себе неслыханные на радио шалости: издевательство над спонсорами. Никто не мог на такое решиться, а дядя Билл – пожалуйста. Представителям "Лаки Страйк" стало дурно, когда Филдс для спонсируемой ими программы сочинил скетч про героя по имени "Честер Филдс". Те, кто разбирается в сигаретах всё уже поняли, для ведущих здоровый образ жизни поясню: компания "Честерфилд" была главным конкурентом "Лаки" и поминать их строго запрещалось. Но Великому Человеку такие фокусы сходили с рук, слишком велика была его популярность.Наибольшую известность получили передачи, где Филдс работал в дуэте (трио?) с чревовещателем Эдгаром Бергеном и его деревянной куклой Чарли Маккарти. Чарли вёл себя как наглый подросток и при попустительстве Бергена донимал дядю Билла хамскими выпадами. Тот с готовностью вступал в перепалку. Основные шутки Чарли крутились вокруг носа и пьянства Филдса, а тот обыгрывал деревянное происхождение оппонента. У Филдса, конечно, получалось посмешнее : "Чарли, ты – мечта любого дятла" или "Друг мой Маккарти, очень скоро ты узнаешь подлинный смысл выражения "трупное окоченение" на себе". Иногда в дело включались дополнительные персонажи вроде забредшего поделиться бедами безымянного ведущего:
Ведущий: Я не могу сочувствовать человеку, который вечно пьян.
Филдс: Человеку, который вечно пьян, и не нужно сочувствие.
Берген: А чем вы так опечалены?
Ведущий: Полгода назад меня бросила жена.
Чарли: И ты до сих пор грустишь?
Ведущий: Завтра она возвращается.
Гостьям передач доставалось не меньше, чем гостям:
Филдс: Мадам, вам говорили, что вы земное воплощение красоты?
Верна Фелтон: И не раз.
Филдс: Вам бессовестно лгали.
Но чем больше времени Филдс уделял радио, тем настороженнее становились врачи. Радио требовало более напряжённого графика, Филдсу постоянно приходилось выдумывать новые шутки и скетчи, а неудовлетворённость отдельными передачами и серьёзные обиды на шутки Бергена (иногда актёр просто уходил с эфира в разгар программы) сулили очередной нервный срыв. "Спасшее" жизнь Филдса радио вполне могло его убить.
|
|
|
Версия для печати
