Иван Кислый
Неполным будет утверждение, что в Аире Вайда виртуозно соединил литературную основу с документалистикой. Нет, более того: он поставил под вопрос сосуществование жизни и кинематографа. Вайда спрашивает: перестает ли жизнь, заснятая на пленку, быть жизнью? И дает вполне однозначный ответ.
Читать далее
|
|
|
|
|
26 августа 2008
Ник Роддик
 Два дня тому назад, за обедом, Мунжу переживал насчет того, что же было сделано не так – его картина не попала даже в список номинантов на премию "Оскар". Наиболее очевидным ответом на эти волнения казался выбор темы (нелегальный аборт), но дальнейшая дискуссия (строившаяся отчасти на полемической статье Скотта Фандеса "Как сказать по-румынски – "скандал вокруг Оскара"?") показала, что, возможно, стоит изменить саму существующую систему премирования иностранных картин, - ведь Американская киноакадемия, как правило, отдает предпочтение умеренным по тону фильмам зрелых режиссеров, и действие этих фильмов зачастую происходит в годы Второй мировой войны. В Бухаресте фильм Мунжу собрал все крупные награды, в том числе призы за лучший фильм, лучшую работу режиссера, лучшую женскую роль первого плана, а также за лучшие мужскую и женскую роли второго плана. Пять из шести оставшихся наград взял фильм Кристиана Немеску Мечты о Калифорнии.
Значительная часть церемонии, которая шла по румынском ТВ в прямом эфире, была посвящена актеру Жану Константину - фильмы с его участием встречаются в местных видеомагазинах примерно в 10 раз чаще, чем картины новой румынской волны. Константин снялся примерно в 50 фильмах (в том числе и в фильме новой волны Как я провел конец света), но, судя по фестивальной нарезке, больше всего известен на родине по фильмам в жанре семейной комедии (и детектива).
Посвящение Константину, однако, являлось и напоминанием о том, что история румынского кино не началась в 2005 году с фильма Смерть господина Лазареску. Круглый стол критиков, который прошел в рамках уик-энда, доказал нам, иностранным журналистам, что поколение новых румынских режиссеров появилось вовсе не из кинематографического вакуума.
Главным основанием для беспокойства (и беспокойство это касается европейского кинематографа в целом, а не только румынского) остается предчувствие некоего короткого замыкания в артхаузном кино, которое приведет к тому, что кинопроизводители будут стремиться повторить уже сделанное. В случае с Румынией это могут быть минималистские драмы на социальную тематику, действие которых происходит при коммунистическом режиме, который – все-таки – рухнул почти два десятилетия назад. Вероятно, румынской киноиндустрии не стоит слишком очевидно поддаваться этой тенденции. В этом году, впрочем, еще не пришло время для окончательных суждений: единственный фильм, попавший в программу Каннского кинофестиваля – Буги (уменьшительное от имени главного персонажа, Богдан). Картина, снятая Раду Мунтяном (его предыдущий фильм Бумага станет синей был отмечен призами многих фестивалей), судя по 20-минутному превью, выглядит весьма многообещающей (фильм повествует о кризисе среднего возраста, который переживает отец семьи, на день оставляющий жену с ребенком, чтобы провести время в кругу школьных друзей).В то же время подходит и следующая волна румынского кино – двухчасовая программа короткометражек, которую мне удалось увидеть в Бухаресте, вопреки ожиданиям, оказалась весьма достойной. Картина Отличный день для купания просто вопиет о том, чтобы из нее сделали полнометражный фильм – это история трех трудных подростков с отсутствующими взглядами, которые похищают водителя грузовика и проститутку (постановщик - Богдан Мустафа, автор сценария - Каталин Мицулеску, режиссер фильма Как я провел конец света). Сюжет завораживает своей насыщенностью и выглядит куда более устрашающим, чем линия событий в Хостеле. Волны (режиссер Адриан Ситару, 9 фестивальных наград, в том числе премия Румынской киноакадемии за лучший короткометражный фильм) – столь же тревожное кино о встрече молодого румынского парня и швейцарского ребенка на заполненном людьми пляже. В фильме Александра (режиссер Раду Джуде) за 25 минут сказано больше о том, что происходит с ребенком при разводе, чем за 105 минут в картине Крамер против Крамера. Габриель Сырбу в картине На подьемнике с какой-то невероятной виртуозностью обыгрывает ситуации, в центре которых - обыкновенный автомобильный домкрат.
Стоит сказать, что ни один из этих фильмов и близко не напоминает фильм Мунжу или картину о господине Лазареску. В то же время все они свидетельствуют о том, что румынская киноиндустрия и кинокультура не завязли в колее рутинного производства или наших стереотипов.
© Sight&Sound
2 страницы
 1 2
|
|
|
|
Версия для печати
