Иван Кислый
Неполным будет утверждение, что в Аире Вайда виртуозно соединил литературную основу с документалистикой. Нет, более того: он поставил под вопрос сосуществование жизни и кинематографа. Вайда спрашивает: перестает ли жизнь, заснятая на пленку, быть жизнью? И дает вполне однозначный ответ.
Читать далее
|
|
|
|
|
21 июня 2008
Алексей Гуськов
 В программе ММКФ "Отражения" в пятницу был показан фильм Кабеи (2008) Ёдзи Ямады, автора известной драмы Сумрачный самурай. На фоне труднопроходимости Самурая последний фильм японского ветерана стал очень приятным открытием.
Рассеянный интеллигент, профессор и писатель придумал внутрисемейные имена себе (Тобеи) и жене (Кабеи). Так они и обращались друг к другу, так их называли дети. Были они счастливы и любили друг друга, пока не пришла война. Действие фильма начинается в начале 1940 года, когда Япония за пределами собственных границ активно проводила экспансию тихоокеанского региона, а внутри жестко пресекала всякое инакомыслие. Именно пассивное сопротивление официальной точке зрения приводит в самом начале картины к аресту Тобеи, и дает режиссеру возможность до конца фильма отслеживать перепетии борьбы Кабеи и двух дочерей-школьниц за выживание, сохранение чести, верности и возможности быть всем вместе.
Картина рассказывает психологически очень тяжелую историю, разворачивающуюся в сложнейшие времена. Кроме финальной сцены, неожиданно переносящей главных действующих лиц в современность, временное пространство картины - война, непрерывно присутствующая в фоне всего происходящего. При этом Ямада, в полной мере раскрывая трудности существования в военное время, отнюдь не берется натягивать зрительские нервы в струну и играть на них разрывающую сердце мелодию. Он щедро пропитывает фильм эмоциями, но не выжимает наблюдателя, как мокрое белье, не пытается выдавить как можно больше сочувствия или страха. Напротив, фильм воспринимается очень легко, а старый мастер демонстрирует изумительное чувство юмора и такта, вставляя по ударной шутке в каждую сцену, где зрителю впору расплакаться. Фильм долгий, более двух часов, и режиссер, дразня эмоциональную систему зрителя, но уберегая ее от преждевременного перегорания шутками-предохранителями, приберегает короткое замыкание на финал.
История - адаптированная Ямадой часть биографии Теруё Ногами, сценаристки знаменитых Телохранителя и Семи самураев Акиры Куросавы. Абсолютная линейность повествования, техническая лаконичность и незамутненная шаблонность человеческих типажей производит почти театральное впечатление. Большая часть фильма снята в студийных условиях, и декорации не скрывают своего прямолинейного символизма. Если весна, то за окном видна только буйно цветущая сакура, если осень, то за распахнутыми дверями, кружась, опускаются на землю листья совершенной формы и цвета, если зима - огромными белоснежными хлопьями падает снег. Талант Ямады позволяет из простых составляющих, как в конструкторе, собрать доходчивую и очень вдохновляющую притчу о силе любви. Это не очень заметно в процессе просмотра, но фильм оставляет такое теплое ощущение, что невольно задумываешься о его источнике. Впоследствии, когда вспоминаешь его, становится понятно, что несмотря на ужас происходящего, любви в нем очень много. Она не выпирает, спрятана в неявном виде в каждом решении героев, в каждом движении, во взглядах, письмах, она просто везде.
Не исключено, что фильм много теряет, спускаясь с киноэкрана на домашние видеосистемы - в его красноречивую условность намного проще погрузиться в темноте кинозала. Остается только надеяться, что отечественные прокатчики не обойдут вниманием жизнеутверждающего номинанта Берлинского МКФ этого года, и возможность увидеть его в кинотеатре еще предоставится всем заинтересованным синефилам.
 После этой выразительной ленты смотреть еще одного представителя программы "Отражения", фильм Король пинг-понга Йенса Йонссона, было натурально невыносимо. Йонссон - еще вчера фестивально успешный режиссер короткометражек, сегодня - победитель международной секции последнего фестиваля Сандэнс. Понять причину успеха в цитадели американского независмого кино можно легко - там кино, пытающееся популярно продемонстрировать, что неудачники тоже люди, чуть ли не главное доказательство независимости.
Жирный (к дьяволу североамериканскую политкорректность) мальчик Рилле лучше всех в школе играет в пинг-понг, состоит в идеальных отношениях со своим братом (худеньким и симпатичным) и, естественно, страдает от того, что не нравится девочкам. Также на сцене: глупая мать, от которой Рилле унаследовал тучность, периодически являющийся вывезти детей погулять папаша-алкоголик со страстью к экзотичным женщинам и практичный сосед, видимо, бойфренд матери. Довольно скоро семейные отношения идут вразнос, потому что выясняется, что братья на самом деле не родные - отцом симпатяги оказался напрочь лишенный харизмы лысый сосед. Тут надо заметить, что инсценировка воспоминаний последнего о психологическом коллапсе прошлого, связанном с руководством неудачным проектом прокладки скоростного шоссе через болото с уникальными лягушками - лучшая сцена фильма, красивая, загадочная и смешная. Но это все, что хочется сказать о картине хорошего, потому что с момента всплытия ужасной фамильной тайны холодный, неживой фильм натужно пытается набрать драматический накал, но не в состоянии этого сделать до самого конца, благодаря неудачному юмору сваливаясь в совершенно идиотский фарс. В отличие от Кабеи, настолько схематичного, что эмоциональная суть идет в обход естественности актерской работы, Король пинг-понга пытается быть психологически достоверным, но в результате лишь навязчиво стучится со своими лузерскими переживаниями в душу, которая еще помнит красоту цветущей сакуры. Глупость взаимоотношений героев фильма, отсутствие в нем чего-либо, что можно унести с собой из зала, очень разочаровывают.
У японцев, как оказалось, есть собственный вариант бадминтона - ханэцуки. Суть, видимо, та же, только ракетки цельнодеревянные. В Кабеи остановка этой игры между девочками и другом семьи изящно подчеркивает приход плохих известий. В Короле пинг-понг только топорно демонстрирует негативные перемены в отношениях между братьями. В поединке ханэцуки против пинг-понга объявлется победа "в сухую" с пожизненной дисквалификацией последнего...
|
|
|
Версия для печати
