Ты – узорный клинок, драгоценный товар хорасанский,
Ты – цветистый атлас, ты – парча, каламкар индостанский.
Я – купец из далеких земель, ты – базар мой марандский
Денег нет у меня на парчу, ради ситца пришел я!
Верь мне в долг, свет очей! – голова моя будет залогом,
А лихвою – хвала, славословье, – клянусь моим слогом!
Я тебе предаюсь, я стою перед этим порогом,
Не спастись – так погибнуть сегодня, царица, пришел я!
Саят Нова
Я объездил всю Россию, но за границей ни разу не бывал. Самая дальняя от дома точка моего путешествия - Ереван. Мне было 16, когда мама подарила мне путевку в этот край. Зимой. Спустя несколько лет после землетрясения. Я ехал и видел разрушенные здания, города-палатки, серый цвет был царем на этой земле. Но именно в Ереване я понял, что серый цвет - это цвет архитектуры, к которой необходимо подойти ближе и приглядеться. Свежевыкрашенная стена не расскажет ни одной истории, она всего лишь в ожидании писем жизни. А камни Армении полны рассказов, стихов, тайн... тех, которые раскрывал в своем фильме Параджанов. Эчмиадзин. Арарат. Храмы. Статуи. Туман. Увы, зима не лучшее время для края цветов и фруктов.
Фильм "Цвет граната", как и любое здание - скуп на слова, необходимо рукой читать письмена времени. Да, кино Параджанова - это архитектура. Живопись, иконопись, молитва. Образ сменяется новым. Звук воды, звук угля, смех и крики детей, отпевание католикоса. Старые стены, посуда, ткани, лица... пантомима, грудь превращена в ракушку, а роза окрасит ладонь в желтый. Гранат отдает свою кровь белой ткани. Танцы под неслышную музыку, бормотание, а Саят Нова писал на грузинском, азербайджанском и армянском языках. Перевода нет и не нужно: картина говорит за себя - детство плещется в белом невинности, юность горит алым, страсть, охота, бег, потом - монастырь, черное, покой, размеренная поступь чтеца, а потом цвета встречаются, чтобы проводить поэта и обессмертить его музу. Что можно сказать о северном сиянии тому, кто его не видел? Как опишешь боль ушедшего тому, кто никогда не терял? Поэт от кинематографа, Параджанов, соткал узор, уносимый ветром, нарисованный на ветре и ветром рассказываемый.
Версия для печати
