Вторая картина Николая Шенгелая, известная с советских времен как легендарное произведение «немого периода» грузинского кино, сегодня - в период затяжного кавказского конфликта - обрела особенно острое звучание. Такую ленту, некорректную с точки зрения имперских замашек и пророссийской идеологии, сегодня никто не позволил бы снимать.
А тогда, во второй половине 20-х г.г. молодые киноработники молодой страны (страны, не успевшей ещё нарастить кровавый шлейф преступлений против населяющих её народов), могли позволить себе безотносительно влияния федерального центра и исторической преемственности снять историю влюблённости мусульманки Элисо и христианина Важиа на беспощадном историческом фоне, который в большевистские годы отражал единение горных народов против произвола на Кавказе наместников царской России, а в следующем веке оказался историческим документом извечного российского деспотизма по отношению к малым народам и неприглядным укором внутренней политики будущих поколений.
Зачином истории служат факты изгнания чеченцев в Турцию (согласно царскому указу 1864 года). Мирных жителей горных аулов представители царской администрации всячески провоцируют на силовые действия, которые послужили бы поводом для насильственного переселения. Когда попытка угона скота казаками в горном ауле проваливается, их атаман пытается обманом выгнать чеченцев, подсовывая неграмотным горцам вместо оформленного прошения к великому князю (о разрешении остаться чеченцам на своей земле) бумагу совсем другого содержания, из которой следует единогласное волеизъявление горцев покинуть селение. На этом фоне двигается уже более театральная история - любви дочери старейшины чеченцев Элисо и смелого хевсура Важиа, вступающего в единоборство с казаками и произволом иноземцев. Но историческую правду не изменить - и чеченцам придётся всё-таки покинуть аул. Элисо, наблюдая несправедливость в отношении своего народа и смирение отца с участью изгнанника, решается на шаг, который сегодня назвали бы терактом. Она пробирается ночью в аул, в котором уже расквартировались казаки и поджигает его, демонстрируя этим последнюю каплю, революционный порыв, солидарность униженных и оскорблённых. Но так казалось тогда; а после уроков новейшей истории сюжет "Элисо" символизирует совсем другое, став пикой в бок двухвековой российской политики на Кавказе – безответственной, хамской и даже преступной.
Просмотр: 04.11.2006, Фестиваль грузинских фильмов в "Музее кино".
Оценка - 5 (из 6).
«Элисо», СССР (Грузия), Госкинопром Грузии, 1928, ч/б, 80 мин. Фильм озвучен в 1934 году. В 1964 году восстановлен на студии "Грузия-фильм" Эльдаром Шенгелая.
Режиссеры-постановщики: Николай Шенгелая, Василий Доленко (звуковой вариант).
По мотивам одноименного рассказа Александра Казбеги.
В ролях: Кира Андроникашвили, Александр Имедашвили, Кохта Каралашвили, Илья Мампория, Цецилия Цуцунава, Александр Жоржолиани
Версия для печати
