Так же интересно, как dangerfield, рассказать о фон Триере я вряд ли смогу, да это и не нужно, потому как он (Триер) сегодня вполне актуален и биографий с фильмографиями и рецензиями в сети, как грязи.
Но о нём отчасти говорят его интервью.
Все, конечно, складывать здесь смысла не имеет, но некоторые интересные, на мой взгляд, стоит.
Вот одно из них.
http://www.arthouse.ru/attachment.asp?id=611
Анна Федина, Канн, Известия.Ру, 18.05.05
В Каннах состоялась премьера фильма "Мандерлай", ставшего продолжением "Догвилля" и второй частью Американской трилогии Ларса фон Триера. После премьеры знаменитый датский режиссер, создатель "Европы", "Рассекая волны" и "Танцующей в темноте", ответил на вопросы корреспондента "Известий" Анны Фединой.
известия: События в Ираке как-то повлияли на вас во время съемок картины?
фон Триер: Я написал сценарий "Мандерлая" до того, как началась война, и впоследствии я в нем ничего не менял. Хотя параллель настолько легко просматривается, что можно только удивляться особенностям моего подсознания.
известия: В "Мандерлае" вы достаточно цинично изображаете демократию. Какой тип правления вам ближе?
фон Триер: Я не вижу альтернативы демократии. Но она должна постоянно контролироваться, потому что времена и люди меняются. Я уверен, что в Ираке будут есть Биг-Маки, но для этого потребуется время.
известия: Действие третьей части трилогии тоже будет происходить во времена Великой депрессии? У вас не было желания переместить его в современность?
фон Триер: Было, я даже написал несколько сценариев, но все их выкинул. Так что история будет продолжаться без временных скачков.
фон Триер: Мне проще снимать про Великую депрессию, потому что я долго изучал этот период. И потом от того, что я перенесу действие в современность, история, которую я рассказываю, не станет более или менее интересной. Я не собираюсь изображать Америку, я показываю мое видение Америки. С ним можно не соглашаться, но по-моему, оно небезосновательно. (На улице гроза. Гремит гром). О, Бог против того, чтобы я это говорил. Он на стороне Буша. Ладно, тогда я скажу, что мне в Америке нравится: это новый мир, и это здорово.
известия: С точки зрения декораций "Мандерлай" отличается от "Догвилля" только цветом пола.
Ларс фон Триер: Я хочу, чтобы все три фильма трилогии были очень похожи друг на друга. Хотя небольшие изменения неизбежны. Например, действие "Мандерлая" происходит на одном и том же фоне, нарисовать белый задник оказалось слишком дорого. Цвет пола изменился, потому что появились чернокожие актеры, хотя даже белых людей на белом полу снимать удобнее, чем на черном.
известия: Вы признались, что вас привлекают чернокожие люди. Почему именно они?
фон Триер: В детстве по какой-то загадочной причине у меня было множество книг о неграх. Они были не всегда политкорректны, зато ужасно интересны. Например, у этого негра толстые губы, потому что он играет джаз, или что-нибудь в этом деле. Настоящих чернокожих я не видел, потому что в Дании их тогда можно было по пальцам пересчитать.
известия: Новость о том, что вы убили осла, а потом все-таки вырезали эту сцену из фильма, распространилась очень быстро. Вас называют чуть ли не нацистом.
фон Триер: Уж поверьте, если бы я был нацистом, я был бы хорошим нацистом. Но, во-первых, я не нацист, а во-вторых, надо разделять человека и фильмы, которые он снимает.
известия: Так что все-таки произошло с ослом?
фон Триер: Мы поспорили с одним фантастически талантливым актером, я проиграл и поймал для него потрясающую рыбу. А он сказал, что не одобряет, что я ее убил. Рыба была удивительно вкусная, но во время ужина кто-то заговорил об осле. И актер стал протестовать. Я начал ему объяснять, что мы не можем сделать осла из пластика, потому что мы в Дании, а не в Голливуде. В конце концов, мы все-таки обманули актера: нашли осла и ветеринара, который его усыпил. Смерть этого осла всегда будет лежать на моей совести, но, поверьте, это был очень старый осел. Но тут поднялась такая буря: меня засыпали письмами, газеты публиковали статьи, что в конце концов я решил вырезать эту сцену, потому что в "Мандерлае" есть гораздо более важные вещи, чем осел. А один эпизод — слишком простое оправдание для того, чтобы не смотреть весь фильм.
известия: Что еще вы изменили в фильме?
фон Триер: Мне пришлось его сократить. Потому что когда мы снимали "Догвилль" и дистрибьютеры сказали, что фильм слишком длинный, я ответил: "Мне наплевать. Я — творческая личность". На этот раз они усложнили контракт: во-первых, я должен был снимать картину определенного хрометража, а во-вторых, меня вынудили пообещать, что в самый ответственный момент я не скажу: "Я — творческая личность".
Версия для печати
