Джонни То (То Кейфунг), разменял шестой десяток лет, и давно слывёт культовым в рядах поклонников азиатского кино. Первый международный интерес к его фильмам – жестким брутальным боевикам, которые у нас чаще всего принято представлять себе в эстетике «до-голливудского» периода Джона Ву, появился в начале 90-х (тогда же появились первые номинации на гонконгские кинопремии; снимает режиссёр с 1979г.). Долгие годы он шлифовал визуальную сторону своих лент, доведя «гонконгский боевик» до полукомпьютерного бездушного фэнтези. С этим утверждением не согласятся адепты стиля, но именно так смотрится фильм 2001 года
«Убийца на полный рабочий день»[1,5 (из 6)], - о соперничестве двух киллеров экстра-класса, сражающихся друг с другом за заказы у преступных кланов, демонстрируя чудеса «ворошиловской стрельбы» и экшн-эквилибристики. Стерилизованная стилистика, с выполненными на коленке компьютерными эффектами, гламурным реквизитом, неоновыми огнями, непрекращающимися перестрелками, экзотическим ландшафтом быстро вышел из моды и был взят на вооружение жанровой кинематографией третьих стран (таковы, например, все отечественные боевики со времен «Антикиллера»). Сегодня «визуальная выспренность при болливудском содержании» рождает только зевоту, а у тех, кто не уснет – ещё и стойкое отвращение. Навеки.
Собственно, если бы «Убийца на полный рабочий день» оказался первым фильмом Джонни То, который я увидел – он стал бы и последним фильмом Джонни То. Я же смотрел ленту в завершении программы*, утешив себя философским выводом, что эти китайцы развиваются семимильными шагами.
Потому что через четыре года Джонни То представил фильм, про который есть что сказать, и который не хочется хоронить в анналах азиатского балетного экшна.
«Горячие новости»[4 (из 6)], буквально «Breaking News» - слова, известные даже тем, кто вовсе не знает английского языка. Они и определяют тему фильма – значение средств массовой информации в современном мире - оружие, обладание которым позволяет манипулировать общественным мнением. Фильм открывается сценой эффектной перестрелки. Жаль, что Дж.То не снял её одним планом – это был бы выдающийся в своем роде кусок (нацеленность на это у автора определенно была – часть сцены снималась одной камерой). Так вот, огнестрельное начало, в котором перестреляли всех подвернувшихся под руку полицейских оказывается в фокусе фото- и мобильных камер случайных прохожих. Заснятые эпизоды расправы над блюстителями порядка моментально попадают в выпуски новостей. Один из них - когда патрульный на коленях молит преступников о пощаде – наносит особенно болезненный удар по авторитету блюстителей порядка. На планерке в гонконгском МВД, не мудрствуя лукаво, решают выбить клин клином - поднять имидж управления победоносной контр-операцией в прямом эфире. Киллеров, которые забарикадировались в одной из квартир многоэтажного дома, решают выкурить под объективы телекамер; на штурм дома идет спецназ с вживленными в каски веб-камерами. Надо ли говорить, что акция позорно проваливается. Отдел по общественным связям врёт, идет подлог телесюжетов, а преступники дают хитроумный отпор официозу, выходя в Интернет с реальной ситуацией на лестничных площадках.
Внешне в фильме всё то же, что и раньше – безудержная стрельба, быстрый монтаж, четкое следование канонам жанра, без существенных лирических отступлений. Однако Джонни То выглядит в этой ленте совсем по другому. Во-первых, он здорово работает с массовкой - десятки статистов (журналисты, зеваки, спецназ) создают ощущение реальности, которая вдобавок оказывается мастерской стилизацией под картинку «live». Здесь уже не просто (как в предыдущем фильме) тупой видеоклиповый монтаж, а продуманная эстетика телевизионного репортажа. Это во-вторых. А в-третьих, режиссёр успевает поиронизировать не только на заявленную тему, но и по поводу типажных штампов. Беспощадные киллеры оказываются находчивыми и нечуждыми сострадания, полицейские, само собой, лажают, но при этом стараются не за звездочку на погонах, а за честь ментуры, а самым жалким персонажем оказывается заложник, ребенок которого преподает взрослым урок неповиновения давлению, вступая в перепалку с преступниками.
Тот факт, что в мире насилия и разбоя Джонни То чувствует себя «как рыба в воде» было известно давно, но то, что он способен снять фильм с эпическим замесом - стало понятно после гангстерской драмы
«Выборы»[4,5 (из 6)], которую непонятно как взяли в конкурс Каннского МКФ 2005 года.
Едкое название лучшей картины Джонни То отсылает не к политической скуке об избирательных механизмах и алчных политиках, с незапамятных времен соревнующихся - кто кого хуже. В центре событий - выборы председателя гонконгской триады. Оказывается, раз в два года, подзаконные общества большинством голосов старейшин (их по-домашнему называют «дядюшками») выбирают себе руководителя. Председатель должен на два года обеспечить в Обществе мир и процветание клана. Режиссёр сразу проводит параллель между западной демократической системой и формировавшимся столетиями укладом гонконгской мафии. А для большей правдоподобности он совершает непостижимое для своего стилевого почерка – автор отказывается от любой пальбы в кадре (в фильме нет ни одного выстрела).
Кроме того, Джонни То вступает в ленту так, будто ему начхать на европейского зрителя, для которого «все узкоглазые на одно лицо». В беглых сценах (подготовка к выборам, эпизоды предвыборной борьбы, скучный пи-ар в рядах и т.д.) мы видим десятки однотипных лиц и общих планов, за которыми невозможно уследить ход событий, чем Джонни То собственноручно запутывает происходящее и выталкивает из зрительного зала половину публики. Но поступает верно – потому что именно так можно очертить масштаб повествования. Те, кто не успел вовремя сбежать, погружаются в небезынтересные подробности бытописания нравов, в которые уже вполне веришь.
Тут и выясняется, что с результатами состоявшихся выборов не согласен один из баллотировавшихся - влиятельный делец по прозвищу Большой Д. Он бросает вызов Обществу, похищая символ власти - что-то наподобие скипетра – жезла с головой дракона, который по традиции на протяжении веков переходит от одного босса к другому. Законный избранник Лок не готов мириться с подобной ситуацией. Интересно показаны старейшины, которые, оказывается, более всего на свете боятся начала военных действий. Как и полицейские, по-восточному мудро признающие, что без мафии нет и их самих, поэтому преспокойно закрывающих глаза на факты гангстерского присутствия. Но когда двоевластие начинает угрожать городскому покою, менты арестовывают всех военачальников (те и не особо скрываются), сажают в камеру и проводят разъяснительную работу, чтобы Общество само разобралось в своих рядах мирно-полюбовно. Пока боссы чешут задницы на нарах, на воле идет война на смерть – жезл как олимпийская эстафета переходит от одной группировки к другой. Изощренно брутально - но без единого застреленного.
Композиция и драматический акцент фильма соответствует, конечно, не сентиментальной монументальности «Крёстного отца», а жёсткой, язвительной и мозаичной стилистике гангстерских драм Мартина Скорсезе - «Хорошие парни» и «Казино». Фильмы, в которых автор при пристальном внимании к персонажам и деталям их быта не оставляет зрителю иллюзий касательно истинной личины преступного мира, которую не прикрыть никакими демократическими ширмами.
*- речь идёт о мини-ретроспективе Джонни То, состоявшей из трёх фильмов и представленной в рамках форума "Rozamira".
Версия для печати
