После объявления победителей Каннского фестиваля, пришедешегося на рубеж тысячелетий, еще долго не утихали страсти. Решение жюри под председательством
Дэвида Кроненберга одни посчитали оскорбительным, другие – предельно радикальным и осмысленным.
В тот год в Канн приезжали Линч и Китано, Джармуш и Содерберг, Эгоян и Альмодовар. В результате последний все-таки увез приз за режиссуру (
Все о моей матери), остальные остались ни с чем. Главные награды поделили между двумя фильмами:
Розеттой братьев Дарденн и
Человечностью Бруно Дюмона.
И если "Золотую пальмовую ветвь" для
Розетты расценили как хорошую встряску, то возвеличивание
Человечности посчитали откровенной провокацией. В искренность чувств судейской команды по отношению к картине Дюмона верили с трудом (в таком случае было бы достаточно приза жюри) и воспринимали это решение как определенный жест.
