Антон Сазонов
Профессиональный фигурист Андрей Грязев ворвался в мир кино одним прыжком. Антону Сазонову стихийно талантливый режиссер рассказал о том, какое место в его жизни занимают фигурное катание и кино, как он находит героев для своих фильмов и что собирается делать дальше.
Читать далее
|
|
|
|
|
27 мая 2009
Владислав Шувалов
4.
Впервые Протазанов заинтересовался постановкой повести Л.Н. Толстого Отец Сергий в 1916 году, но на реализацию масштабного замысла ушло около двух лет. Во времена, когда фильм снимался за две недели, а ещё через две недели о нём забывали, подобная привязанность к одному сюжету казалась "идеей фикс" автора. По наблюдениям архивистов, произведения Толстого находили свое экранное воплощение и прежде, но успеха не имели, и в истории кино не задержались. Протазанов приступил к съемкам фильма только в 1917 году. Советские историки объясняли этот факт не столько производственными трудностями, сколько вопросами идеологического толка: изображение церковных сановников и Государя, с той степенью приближенности, какую поставил перед собой Яков Протазанов, до Февральской революции было невозможным. Режиссер, всегда умеющий установить контакт со зрителем (за что его критиковали при советской власти), знал, чем зацепить самые разные слои. Оба дореволюционных шедевра Протазанова структурированы таким образом, что их первые части представляют собой пышные костюмированные мизансцены. В Пиковой даме почти треть экранного времени занимала первая глава пушкинской повести, в которой рассказывалась история дамы света, получившей доступ к тайному знанию. Начало Отца Сергия проходит в аристократической обстановке придворных балов, выполненных с необыкновенным тщанием и искусными монтажными переходами. Мозжухин в роли князя Касатского включает очарование фата и светского хлыща, чем исполняет долг перед своими почитателями, однако в следующей части – после монашеского пострига – фильм приобретает совершенно иной (драматический) поворот, и может быть впервые киноэкрану удается передать не только психологическую, но и философско-этическую сторону произведения. Вечная борьба низменного и высокого в человеке, колебания веры, мучительные и бесплодные поиски высшего смысла, который придал бы сил и ниспослал мятежной душе покой и благоденствие – вопросы, которые способно поставить лишь искусство, не аттракцион. Фильм опередил свое время и, кажется, принадлежал будущему – времени просвещенных атеистов, которые отменили бога, но не научились жить в его отсутствие. Вера Орлова играет в фильме полоумную купеческую дочку Марью. Несмотря на несколько ключевых женских образов – нежная романтичная Мери Короткова (В. Дженеева), пытающаяся соблазнить Сергия энергичная и раскованная вдова Маковкина (Н. Лисенко), - именно образ Марьи оказался второй актерской удачей фильма. Известно, что В.И. Немирович-Данченко благожелательно отзывался об этой роли Орловой, перед которой стояла сложная задача передать притягательную силу женского естества. Отец Сергий, ставший каноническим образчиком фильмов о житие святых и прообразом будущих стереотипных изображений русской духовности, по своим нравственным интонациям был далеко не так очевиден. Может быть, поэтому в 1928 году фильм был повторно выпущен уже на советские экраны, но быстро был снят ввиду чрезмерной религиозной символики.
5.
После отъезда Протазанова, Орлова работала на нескольких фильмах с Александром Ивановским, ассистентом режиссера Отца Сергия, а после возвращения Протазанова из эмиграции, сыграла второстепенную роль в его первом советском фильме – Аэлита /1924/. Однако новая страна нуждалась в других героях. Некогда новаторские идеи психологически-иллюстративного кинематографа перестали казаться передовыми, уступив смелым теориям гениев монтажно-революционного искусства. В последующие двадцать лет Орлова снялась лишь в пяти картинах. На вершину народной признательности взошла её однофамилица, Любовь Орлова, жена маститого режиссера и в последующем лауреатка трех сталинских премий. Вера Георгиевна медленно впала в безвестность. Наблюдая за взлетами и падениями отечественного кино, она скончалась в 1978 году. В самом финале фильма Сатана ликующий баламут Сандро, пытаясь соблазнить Ингу, произносит знаковую фразу, которая выходит за пределы случайной картины: "Здесь все живые куклы, одна вы настоящая".
4 страницы
 1 2 3 4
|
|
|
|
Версия для печати
