Иван Денисов
Обычно супергероев мы ассоциируем с комиксами, их экранизациями или стилизациями под эти экранизации. Но супергерои попали под каток леволиберального конформизма.
Читать далее
|
|
|
|
|
4 мая 2009
Владислав Шувалов
Продавцы "особого взгляда"
 Тем не менее, когда мы рассуждаем о системных открытиях, из актива Канна извлекаются наиболее очевидные примеры - собственно, "волна", т.е. качественный и количественный скачок регионального кинематографа. Как тут не вспомнить про феномен румынского кино начала века. В 2005-м году бытийная трагедия Кристи Пуйю Смерть господина Лазареску была удостоена главной премии секции "Особый взгляд", открывшей начало "румынского прилива", который будет нарастать и через два года обрушится "волной", отмеченной двумя крупными призами - "Золотой пальмовой ветвью" и снова премией "Особый взгляд". К чести каннских отборщиков надо признать, что если им удалось зафиксировать какое-либо достижение, то впредь они будут курировать автора, пусть и придерживая его в случае неочевидности прогресса на периферии фестивальной авансцены – в менее статусных (но не менее ценных) программах, куда может быть "сослан" практически любой, вплоть до Вима Вендерса и Ким Ки Дока. В 2009-м году фильмы Кристиана Мунджу, Кристиана Порумбою – оба обязаны своей популярностью Канну - остались за пределами основного конкурса, но были зарезервированы отборщиками альтернативных каннских площадок.
Вот уже второй год подряд в Канне активизируется филиппинское представительство. В прошлом сезоне экзотический с точки зрения европейца фильм Брилланте Мендосы Сервис участвовал в конкурсном ралли, вызвав противоречивые отклики. Критики поместили Мендосу в ряд медитативных экстремистов вместе с Жаком Ноло и Цай Минляном. В этом году подоспевший с новой лентой Мендоса вновь получил карт-бланш. Говорят, что французские киноведы последний год были без ума от непосредственности филиппинского кино, ломающего их представления о сути и возможностях кинопоказа. Эти фильмы, отличающиеся некондиционным метражом или изощренным экстримом, непонятно где смотреть, в какой компании и с какими установками. В отсутствии иных экзотических фигурантов в конкурсе-2009 специалисты будут внимательно следить за ситуацией вокруг фильма Мендосы. Как и в прошлом году, филиппинцу помогает его молодой соотечественник, Рая Мартин, чья 4,5-часовая лента (Now Showing) участвовала в "Двухнедельнике кинорежиссеров"-2008. В этом году 25-летний юноша нашумел уже тем обстоятельством, что был включен в каннский портфель сразу двумя фильмами – Манила и Индепенденсия.
Свои среди своих
Процесс культивации и выращивания "своих кадров" можно проследить на многих биографиях (Гаспар Ноэ, Нури Бильге Джейлан, Наоми Кавасэ, Карлос Рейгадас), в том числе и на родном примере. Ленты Николая Хомерики не имеют никакого резонанса в нашей стране (даже в среде профессионалов), но стабильно обращают на себя внимание каннских функционеров. Его короткометражка "Вдвоем" участвовала в студенческой секции "Синефондасьон" и получила премию, полнометражный дебют Девять семь семь прокатился в "Особом взгляде", сюда же угодила вторая картина – Сказка про темноту. Нет сомнения, что при взаимном соблюдении негласного контракта (со стороны каннского любимца это соответствие некоторым ожиданиям европейских интеллектуалов в области мировоззрения и художественной формы), автору обеспечено высокое покровительство. В этом нет ничего скверного, поскольку Канн – колоссальный рынок штучного кино, просеивающий фильмы на предмет не только уникальности послания, но и универсальности языка, ведь фильм надлежит продавать. Поэтому он должен удовлетворять разным менталитетам и содействовать комфортному потреблению мифов (территориальных, политических, эстетических). В нашем случае, это находит выражение в виде экзотического наворота странных интонаций (настолько, что житель России порой может не узнать в российском фильме собственной страны), эстетики диких просторов и загадочного мученичества (в духе представлений о стереотипах кино Тарковского). Так или иначе, в ангажированности главным киносмотром обвиняют многих и многих каннских завсегдатаев. Обвиняют китайцев (представители "шестого поколения" кинематографистов ввиду своей мобильности и раскрепощенности ослабили натяжение между Азией и Европой), иранцев (фильмы клана Мохсена Махмальбафа), выходцев из стран Магриба (их простецкие наблюдения повсеместно попадают на набережную Круазетт под французским флагом, как бы с "чёрного хода"), датчан (за упертую приверженность отмершей "Догме"). Обвиняли и нас на рубеже 90-х (за увлечения постперестроечным саморазоблачением), журили американцев (за "проевропейскую" манеру, обусловленную отсутствием фантазии и нарочитым усекновением развлекательности), продолжают ругать хозяев-французов (за то, что они продвигают только собственную копродукцию). Тем не менее, именно французы, возглавляющие фестиваль, способны на неожиданный выбор. Под председательством Луи Маля в безлидерский 1993-й год "Золотая пальмовая ветвь" разделилась между лентами Прощай моя наложница и Фортепиано, которые при всей разности композиции, техники, ритма, были объединены интонацией высокого лиризма. В 1995-м Жанна Моро увенчала "пальмовой ветвью" последний эпохальный рубеж Эмира Кустурицы Андеграунд. В 1997-м жюри Изабель Аджани под гул недовольных отметило две скромные картины - классический "уходящий" образец японской драмы Угорь Сёхэя Имамуры и шедевр Аббаса Киаростами Вкус вишни, ставший апогеем "иранской волны". В последний раз француз (на сей раз Патрис Шеро) возглавлял жюри в 2003-м, который вновь продемонстрировал неочевидный, по-французски изощренный, подход к выбору чемпиона. Слон Гаса Ван Сэнта имел немало противников, особенно в контексте поражения сильнейшего Догвиля, но оказался изрядно тенденциозным событием, который потворствовал французам в их любимой теме "моих университетов". Тетралогия юношеской некоммуникабельности (Джерри - Слон - Последние дни - Параноид Парк), была целиком отмечена вниманием каннских программистов и косвенно обнаруживает связь с национальными "драмами взросления" - Дитя и Класс (оба каннские победители). В этом году на Лазурном берегу вновь будет председательствовать француженка - Изабель Юппер, прима авторского кинематографа и участница рискованных проектов, от которой, несмотря на скопление звездных персоналий на конкурсном пятачке, можно будет ожидать интересных и смелых решений.
4 страницы
 1 2 3 4
|
|
|
|
Версия для печати
