Неполным будет утверждение, что в Аире Вайда виртуозно соединил литературную основу с документалистикой. Нет, более того: он поставил под вопрос сосуществование жизни и кинематографа. Вайда спрашивает: перестает ли жизнь, заснятая на пленку, быть жизнью? И дает вполне однозначный ответ.
Про "Юрьев день говорят разное - я не видел, а "Шультес" мне показался неумелым лавированием между Брессоном и ранним Фассбиндером. Все равно, интересно мнение тех, кто успел это посмотреть.
Версия для печати
