У шотландского режиссера Пола МакГигана я смотрел два первых фильма - «Кислотный дом» /1998/ и «Гангстер №1» /2000/. И уже в них он зарекомендовал себя небесталанным постановщиком, но каким-то некреативным и вторичным. «Кислотный дом» по рассказам Ирвина Уэлша был выполнен в модной тогда манере «Трэйнспоттинга», а «Гангстер №1» вызывал в памяти целое количество сравнений подобного рода («Долгая страстная пятница», «Братья Крэй», «Перекрёсток Миллера»).
«Счастливое число Слевина» - пятый полнометражный фильм МакГигана. Режиссёр вышел на голливудский уровень, но остался верен художественной факультативности. Тем не менее, его фильм весьма зрелищен, хоть и состоит из угадываемых элементов.
Начнём с сэра, т.е. с Бена Кингсли, который играет босса еврейской мафии по прозвищу «Раввин» (помнится, тема еврейской мафии была звучно обыграна в «Большом куше»). «Раввину» задолжал некто Ник Фишер – сам Кингсли играл в свое время в фильме «В поисках Бобби Фишера» (это про шахматы). Шахматы в фильме тоже присутствуют - в виде мафиозного развлечения, но это уже, скорее, отъезд к «Револьверу», который и по подданству и по времени исполнения ближе фильму шотландца. С талантливыми производными жанра тарантиниевского эпигона Гая Ричи («Карты, деньги, два ствола» и «Большой куш») фильм роднит обилие гангстерских речёвок - мудрёных синтетических диалогов, произнесённых с заученной старательностью (при этом герои нередко спотыкаются и тупят по поводу элементарных вещей). Мне думается, здесь перестарался сценарист Джейсон Смайлович, который будучи дебютантом большого кино, как и другой, десятилетней давности дебютант - Кристофер Маккуорри - решил заморочить зрителю голову многочисленным недоговоренностями и отстранёнными диалогами, потребовавшими двадцатиминутного ретроспективного разжёвывания сюжетных перепутанных коллизий в конце картины. Правда, до «Обычных подозреваемых» этому фильму очень далеко. Как далеко до более свежего нуар-образчика «Города грехов», в прологе/эпилоге которого опробовал роль киллера Джош Хартнетт: в этом фильме он играет чудака, с невозмутимым хладнокровием того эпизодического героя подрядившийся на киллерское дело. Кстати, мимоходом герой Хартнетта признается в симпатии шотландскому исполнителю Джеймса Бонда (сам Хартнетт в свое время выбыл из несостоявшегося продолжения другого легендарного кинопроекта - «Супермен»). Однако образ супермена здесь всё-таки присутствует, и отведен он, конечно, невозмутимому, с лукавым прищуром и двумя пистолетами, Брюсу Уиллису, который играя партию с двумя враждующими кланами, дублирует собственный типаж из хилловского «Героя –одиночки», который (опять же) в свое время был ремейком «Телохранителя» Куросавы. Помимо японца, из знатных фамилий можно упомянуть ещё Хичкока с его головоломкой о человеке, который запутался, где север, а где северо-запад. Но об этой шутке и в самом фильме говорят не мало. А вот о чём не говорят, так это об «истории с часами» точь-в точь повторенной из «Криминального чтива» - Брюсу Уиллису даже предстоит вернуться за памятной реликвией как в тарантиновском шедевре.
Версия для печати
