Фильм 1960 года был у нас на каком-то фестивале под названием почему-то "Загнанный волк" ("Afraid to die"/"Karakkaze yaro"). Затевался проект "под Мисиму", чтобы национальная гордость исполнила мечту сыграть якудза и вообще в кино появиться. Получилось нечто большее, чем пиар-акция, но не из-за писателя-актёра (хотя он очень старается в кадре), а из-за режиссёра.
Масумура - личность примечательная. Эссеист с глубокими познаниями в литературе и философии (учился, кстати, вместе с Мисимой), он начал кинокарьеру в Италии, где кино и изучал. По врзвращении же Масумура стал тем, кого американцы называют "intellectual maverick", сочетая серьёзные фильмы и жанровые и привнося во все работы свой собственный. чуть отстранённый и язвительный взгляд. Посему коллеги величали его космополитом, циником, проповедником индивидуальной свободы, абсурдистом и т.д. Выдающаяся женщина Мейко Кадзи, работавшая со многими великими постановщиками, именно Масумуру по сию пору считает лучшим режиссёром и самым умным человеком из тех, с кем ей доводилось работать.
"Страх смерти" снят до бума якудза эйга 60-70-х и во многом предвосхищает поджанр "дзицуроку", ориентированный на дегероизацию и деромантизацию мира якудза. Только в отличие от "дзицуроку" с суровым реализмом и обилием жестокости, подход Масумуры - язвительная сатира. Якудза у него - бестолковые, никчемные и трусливые люди, озабоченные лишь добыванием денег. Кодекс якудза для них - только самооправдание своего нежелания заняться чем-то полезным, да ещё возможность трескучими словами о долге якудза и т.д. убедить подчинённых на верную смерт пойти. Такео (Мисима) ничем в лучшую сторону и не отличается. Он предпочитает прятаться от ответсвенности во всех её видах и при всеё браваде выглядит лишь безвольным балаболом. Его отношения с вроде бы скромницей Йоши (Аяко Вакао), которая оказывается эгоисткой железного характера и постепенно подчиняет героя себе могли бы стать поводом для романтической истории о любви, изменившей гангстера, но не у Масумуры. Здесь отношения героев прочитываются скорее как переползание Такео из-под защиты кодекса Jingi под защиту сильной женщины. Впрочем, спасения ему всё же не суждено найти. Сатира закначивается жёстким и закономерным финалом. Последняя сцена уже давно считается классикой, но сколько её не пересказывай, при просмотре производит впечталение : смертельно раненый Мисима, пытающийся спуститься по идущему ввверх эскалатору - лишнее подтверждение мощного таланта Масумуры.
Версия для печати
