Неполным будет утверждение, что в Аире Вайда виртуозно соединил литературную основу с документалистикой. Нет, более того: он поставил под вопрос сосуществование жизни и кинематографа. Вайда спрашивает: перестает ли жизнь, заснятая на пленку, быть жизнью? И дает вполне однозначный ответ.
Очень понравился. Только непонятно зачем в первом убийстве представился как "судия", а потом оказалось что это просто мясник. Я же помню, что как судия представлялся именно инквизитор (в книге). В фильме смысл как-то потерян.
Версия для печати
