В "Последних днях" Ван Сента есть эпизод, когда Майкл Питт играет на гитаре очень проникновенную песню, да делает это настолько энергично, что у него в самой кульминации лопается струна. Он вырывает то, что от неё остаётся, вызывая металлический скрежет, и доигрывает песню на оставшихся струнах, отчего -- удивительное, казалось бы, дело! -- песня не теряет в своей прелести ни на грамм.
Собственно, к чему это я? А к тому, что к уровню кинематографического исполнения "Пыли" можно присматриваться сколько угодно, но смысла в этом никакого -- техника Майкла Питта тоже, наверное, послабее, чем у какого-нибудь Сантаны, но именно человек -- автор, исполнитель, актёр -- что бы там не говорили скептики, до сих пор венец творения. Главное моё впечатление от "Пыли", которое я очень ценю -- воздействие фильма на низкие (в хорошем смысле этого слова) уровни восприятия. Все эти люди говорят со мной на одном языке -- не в вербальном смысле, разумеется, а в каком-то психосоматическом. Я могу желать ассоциировать себя самого с кем угодно (например, пара Бинош-Отой из "Скрытого" кажется подходящим ориентиром), но образы из "Пыли" (признаться, далеко не всегда симпатичные), как навязчивые попрошайки будут волочиться рядом, держаться за мои ноги, и не отпустят меня очень долго. Хорошо это или нет -- вопрос, уходящий корнями скорее в социологию, чем в область кино, но в том, что подобный уровень изложения ценен сам по себе, сомневаться не приходится.
Версия для печати
