Иван Кислый
Неполным будет утверждение, что в Аире Вайда виртуозно соединил литературную основу с документалистикой. Нет, более того: он поставил под вопрос сосуществование жизни и кинематографа. Вайда спрашивает: перестает ли жизнь, заснятая на пленку, быть жизнью? И дает вполне однозначный ответ.
Читать далее
|
|
|
15 января 2008 | 1500 просмотров |
.. Кто поддержит голливудских сценаристов (неадекватная оплата их труда) - сюда!.. Они трудятся, а вы их игнорируете!.. Помогите им!...(будь они неладны ... Соберите, что ль, последние деньги и отправьте им!...
Резюме: По-моему, сценаристов в Холливуде стало слишком много.. |
|
|
|
11 января 2008 | 1562 просмотра |
Профессии, связанные со слежением и наблюдением за другими, всегда привлекали писателей и кинематографистов. Зрительским/читательским интересом обделены они также никогда не были. Полицейские, агенты всевозможных спецслужб, частные детективы…Как раз на последних я бы и хотел внимание обратить. То есть не на них самих, конечно, а на некоторые любопытные закономерности, связанные с показом частных сыщиков в кино.
Нетрудно объяснить, почему именно с ними зрителям проще всего себя идентифицировать. Люди вне преступности, вне полицейского аппарата, при этом (как правило) борцы за справедливость и правосудие. Бытовой индивидуализм во всей красе. Разумеется, прежде всего это касается американского кино, но, будем откровенны, по американскому кино живёт весь мир. Но, думается, не только притягательностью образа одинокого и независимого героя-одиночки популярность и актуальность историй о сыщиках можно объяснить (заметьте, что в американской по-настоящему неувядаемой киноклассике гораздо больше фильмов о частных детективах, чем о полицейских или разведчиках). Немаловажно здесь и то, что в большинстве фильмов центральный персонаж оказывается не просто «следящим», но и объектом манипуляций неких враждебных сил или организаций, деталью в сложной интриге, которую можно распутать, но далеко не всегда предотвратить. За следящим тоже следят, а герой подобен всем нам в этой конечной беззащитности и невозможности даже посредством интеллекта или физической силы почувствовать себя в безопасности. Что опять же прибавляет узнаваемости и популярности фильмам «сыскного» жанра.
В основе многих классических лент о частных детективах лежат столь же классические романы Чандлера, Хэмметта или Спиллейна. Вот только в киноверсиях акцент слегка смещается. Пока литературные критики превозносят диалоги, социальную подоплеку сюжетов и точно выписанные типажи, кинокритики останавливаются на изобразительной стороне картин, обычно оставляя сценарные построения в стороне. Словно «визуальная сущность» работы детектива точно вписывается в искусство именно кино. Много сказано о разоблачении полицейской жестокости в «Леди в озере» Чандлера. Для рецензентов киноварианта гораздо важнее изощрённое использование режиссёром Робертом Монтгомери. На пословицы разошёлся роман того же Чандлера «Прощай, любимая». В экранизации Эдварда Дмитрыка гораздо больше запоминается изощрённое чёрно-белое изображение. Хэмметт в «Стеклянном ключе» создал образец социально-политического детектива, Стюарт Хайслер в своём фильме сосредоточился на придании актрисе Веронике Лейк почти неземной красоты. Можно продолжить и дальше, но пора отвлечься на очередную интересную закономерность.
Основные фильмы жанра выходили в 40-50 и 70-годы. То есть годы, когда в американском обществе преобладали достаточно параноидальные настроения. Страх перед немецкими и японскими шпионами в 40-е, «красная угроза» в 50-е, «постуотергейтская» и поствьетнамская боязнь собственного правительства в 70-е. И снова ощущение «слежки за следящими», важное для фильмов о частных детективах, оказывается в самый раз. Пусть в 40-е, в упоминавшихся «Леди в озере» или «Стеклянном ключе» преступники оказываются американскими бандитами, атмосфера заговора и слежки, точно переданная в фильмах, запоминается лучше сюжетных поворотов. Что уж говорить о 50-х, когда в «Зацелуй меня насмерть» Роберта Олдрича (по роману Спиллейна) бравому Майку Хэммеру противостоит зловещая группировка, возможно, международного масштаба. Для 70-х (заметим, что здесь режиссёры в основном обходятся без экранизаций, предпочитая оригинальные сценарии) вообще важнее создание обстановки тотального пессимизма. В сложной интриге «Разговора» Фрэнсиса Форда Копполы разобраться нелегко, однако фильм остаётся, возможно, лучшим с точки зрения анализа психологического состояния «человека следящего» ( в великолепном исполнении Джина Хэкмана). В стилизации под 40-е «Китайский квартал» Роман Поланский вместе со сценаристом Робертом Тауном и великими актёром Джеком Николсоном делают не столько уважительное подражание «золотой поре», сколько мрачный и безысходный портрет города, в котором никто не свободен, никто не безгрешен и где возможность восстановить справедливость остаётся иллюзией частного детектива. А фразу «Забудь, Джейк. Это китайский квартал» пессимисты-киноманы вообще превратили в жизненный девиз.
Но вот настали 00-е. Угроза терроризма и расцвет антиамериканской шизофрении по всему миру должны были снова вернуть частных сыщиков на экраны кинотеатров. Но пока нет. Голливудский мейнстрим, похоже, не рискует и предпочитает героев, ассоциирующихся с более оптимистическим кинематографом. В литературе получше. Сыщики по-прежнему верны себе и канонам Чандлера-Хэмметта. Особенно в мрачноватых и отлично написанных романах Денниса Лихейна про дуэт Патрик Кендзи\Анджела Дженнаро. К счастью, до пессимистической прозы Лихейна Голливуд всё же добрался. В 2003 маэстро Клинт Иствуд сделал «Мистическую реку», в 2007 году дошла очередь и до серии Кендзи\Дженнаро. «Прощай, детка, прощай», весьма удачный режиссёрский опыт популярного актёра Бена Аффлека напомнил, что жанр жив, как и все его отличительные особенности. Отличные диалоги, точно воссозданная атмосфера безысходности, жёстко выстроенный сюжет – всё при новом фильме. И снова частный детектив, расследуя очередное дело, осознаёт, что он вовлечён в нечто большее, чем обычный криминал и что давний вопрос Ювенала «Кто следит за следящими?» актуален и по сей день.
Как и образ частного сыщика. |
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
