Индустрия от первого лица
Елена Яцура: "Мне не бывает стыдно за свою работу"
Антон Сазонов
Короткий метр
Почему вы согласились стать членом жюри фестиваля короткометражного кино?
Я всегда с радостью соглашаюсь на предложения фестивалей короткого метра стать членом их жюри. Для меня это как курсы повышения квалификации. Такие фестивали должны проходить ежегодно, и чем больше их будет — тем лучше. Они открывают новые имена, дают новые кадры, транслируют новое ощущение времени. Такие фестивали — сиюминутный срез качества индустрии. Я короткий метр смотрю давно, и могу констатировать, что разница между 1998 и 2011 годами колоссальная. Меня очень впечатлили конкурсные работы "Арткино" этого года.
Вы всю жизнь занимаетесь продюсированием полного метра и ни разу не занимались коротким. Почему?
Так получилось. У короткого метра не было рынка реализации, а у полного — худо-бедно был. В связи с изменением медиа-рынка в целом сейчас ситуация меняется. Можно снять интересные вещи за скромные деньги, и вернуть их. Если мне попадется хорошая история, я ее обязательно сделаю. Тем более, что сам процесс продюсирования короткого и полного метра ничем не отличается. Разница заключается в том, что у короткого метра менее понятный рынок. Полный метр можно выпустить в прокат, а короткий — нет. А целенаправленно фестивальным кино я не занимаюсь. Сейчас, правда, возник спрос на альманахи, а также появились новые способы показа, что все вместе открывает много разных возможностей и дает пищу для размышлений.
В скором времени поменяется сам формат кинопоказа. Появится возможность включать короткий метр не только в альманахи, но и делать отдельные спецпоказы. Публика уже давно готова потреблять короткометражное кино. Еще можно с успехом прокатывать короткий метр в интернете. Особых денежных затрат короткий метр не требует, бюджеты у фильмов небольшие — особенно если сравнивать с полным метром.
Почему в России короткий метр воспринимается исключительно как дебютная форма, а не самостоятельная?
Короткий метр во всем мире воспринимается как нечто, чем можно заниматься всю свою жизнь. В России к нему относятся более радикально. Снял диплом, и все. Дальше с начинающими режиссерами никто не говорит о том, что нужно и в будущем продолжать делать короткометражное кино. Дело в том, что наш рынок несется таким бешеным темпом по кочкам и взгорьям, что всех, кто в него попадает, затягивает с головой. Становится не до экспромтов. Тем более у нас ведь и полный-то метр некому толком снимать, что уж остается говорить о коротком. Еще не стоит забывать, что короткий метр надо уметь снимать: интересно рассказывать истории, темп выдерживать. В спорте бывают дисциплинарные зачеты, короткий метр - то же самое.
Как думаете, с чем связан тот факт, что нынешние состоявшиеся отечественные режиссеры не умеют снимать короткий метр? Ведь раньше умели, взять хотя бы Тарковского, Кончаловского и др.
Cоветская и русская киношкола — принципиально разные вещи. Русская профессиональная киношкола появляться стала только сейчас. В кои-то веки я увидела на "Арткино" 20-25 фильмов, которые можно смотреть. Двенадцать лет назад о таком можно было только мечтать. Тогда выходило не больше 3-х стоящих работ в год. И как раз те, кто в 90-е гг снял достойные короткометражные картины, сегодня представляют собой основной пул отечественных игровых режиссеров. Но теперь они не снимают короткий метр, потому что у них на это нет ни времени, ни стимула. Всем нашим крепким режиссерам между фильмами есть чем заняться — от написания сценариев до хозяйственной деятельности. Понимаете, советская школа была школой, нацеленной на публику. Только когда школа принципиально ориентирована на публику, она достигает высот — и в фестивальном проявлении, и в просветительском, и в прокатном. В 90-е гг наша школа никуда не была направлена. Студенты и преподаватели не понимали, что они делают, зачем и куда все может повернуться. При этом мы еще очень сильно отстали в технической части — и в производственном отношении, и в прокатном.
В том виде, в котором она у нас есть, господдержка — это зло. Она нужна, но должна быть принципиально другой. Государство должно поддерживать продюсеров. Самый лучший вариант, если ее будут оказывать в виде кредита. Это бы сразу дисциплинировало продюсеров, нацелило их на достижение реально ощутимых результатов, заставило бы их реализовывать настоящие бизнес-планы. Обычное вливание денег, которое у нас происходит, ни к чему хорошему не приведет. Так что единственное, что государство может сделать с точки зрения вложения денег в производство кино, это обеспечение кредитования на льготных условиях. Такая мера уменьшит количество спекуляций вокруг кино, сократит объемы ростовщичества и оградит от недобросовестных инвесторов. К тому же, обеспечит настоящую творческую конкуренцию в борьбе за зрительский успех. Это, как ни странно прозвучит, вернет государству не только вложенные деньги, но и действительно поможет сформировать национальную идею и госидеологию. Еще важно воспитать новые кадры в профессии промоутера и прокатчика. Сейчас это большей своей частью не профессионалы, а грободелы. Они ленятся, ничего не делают, у них нет креатива. Просто сидят на своих приобретенных пакетах. Их надо всему учить. Обязательно надо поддерживать дебюты и экспериментальное кино — с этим все уже согласились. Есть зоны, где государство должно оказывать финансирование с умом. Сейчас это не так.
Снимать фильмы стало дешевле и легче, а бум независимого малобюджетного кино так и не произошел ни в России, ни во всем мире. Почему?
Потому что это бессмысленная вещь. Такого кино не может быть очень много. К тому же независимое кино в сравнении, например, с независимым театром, никогда не будет стоить три копейки. Когда речь заходит о low-budget, оно все равно стоит денег — сто тысяч долларов, даже больше. И те, кто говорит, что снимает дешевле, врут и на самом деле снимают не малобюджетное кино. Даже если все работают за идею, само производство бесплатным никогда быть не может. Кино — это самый дорогой вид художественной деятельности.
Может ли малобюджетное кино стать для нашей индустрии выходом из затянувшегося кризиса?
Нет, кино без бюджета само по себе не может являться выходом из кризиса. Такое кино не спасет мир. Поэтому не нужно искать революционных путей там, где их нет. Малобюджетное кино должно хоть как-то сочетаться с бюджетным кино. В идеале того и другого должно быть поровну. Без подушки из фильмов для широкой аудитории индустрия не сможет производить кино без бюджета. И между этими двумя формами не будет баланса. Хорошо бы еще, чтобы начинающие режиссеры учились снимать любое кино — и дорогое, и дешевое.
Профессия: продюсер
Одни продюсеры занимаются исключительно авторским кино, как Сергей Члиянц и Арсен Готтлиб. Другие, как Сергей Сельянов и Роман Борисевич, ищут стык авторского кино со зрительским. Себя в этом отношении вы как позиционируете?
Не бывает зрительского кино, если оно не авторское. И Роланд Эммерих, снимающий фильмы-катастрофы, и Вернер Херцог — оба они занимаются сугубо авторским кино. Более того, все успешные фильмы — авторские. Режиссер — вполне самостоятельная фигура. Он должен выступать оппонентом продюсеру, а продюсер в свою очередь выступать оппонентом режиссуру. Если они еще при этом способны договориться друг с другом о чем-нибудь конструктивном, вот тогда и выходит что-то стоящее.
Некоторым режиссерам бывает потом стыдно за свои работы. У продюсеров такое бывает?
Это очень персональный вопрос. Наверное, у кого-то бывает, а у кого-то — нет. Но для этого должны сложиться какие-то особые обстоятельства.
Вы такое чувство испытывали когда-нибудь?
Никогда.