РЕДАКЦИОННЫЕ РЕЦЕНЗИИ

Банан медовухи не слаще (о фильме "Одноклассники")

Виктор Матизен

Понятно, что зацепило Сергея Соловьева в листках, принесенных его студенткой Софьей Карпунининой, в которых описывалась внешне беспричинная попытка самоубийства - сходство со Спасателем, где в других обстоятельствах так же без внешних причин пыталась покончить с собой героиня Татьяны Друбич. Если Карпунина сама сочинила суицидальный эпизод под воздействием соловьевского фильма, мы имеем дело со случаем самоинициации через посредника. Далее учитель совместно с ученицей дописали начало и конец истории - решение двух состоятельных родительских пар поженить своих детей сразу же после совместно оконченной школы, и последовавшее за неудачным суицидом бегство героини от мужа-одноклассника сначала в Петербург, а потом на Гоа.

В этой динамической композиции родители оказываются подсобными фигурами, указывающими на то, что молодые люди избавлены от материальных проблем и не совсем самостоятельны в своем решении вступить в брак. Такие же служебные задачи выполняют в финальной части фильма беззаботный пьяница в исполнении Михаила Ефремова и эскапист-профессор, сыгранный Даниэлем Ольбрыхским, которые понадобились сценаристам для того, чтобы обозначить возможность "другой жизни". Хотя совсем не факт, что такую перспективу вообще стоило как бы то ни было обозначать - ведь не обозначал же ее Трифонов, который ввел в оборот само это понятие.

Словом, перед нами рассказ о молодой обеспеченной женщине, страдающей от непонятной ей самой неудовлетворенности, уходящей от мужа и в поисках душевной гармонии отправляющейся на поиски другой жизни.
Вообще говоря, душевно неудовлетворенные женщины - старый и любимый материал для искусства. Мадам де Реналь, госпожа Бовари, Анна Каренина, героини фильмов Антониони в облике Моники Витти и их советские потомки, героини фильмов Соловьева в облике Татьяны Друбич - вплоть до героини фильма Александра Стриженова Упасть вверх, изнемогающей от скуки в двухэтажной квартире с видом на Кремль.

Отношение к ним определялось простой вещью - могли они заразить зрителя сочувствием или нет. Кто-то находил отклик в сердцах, а про других пренебрежительно говорили "с жиру бесится". В огромной степени это зависело от исполнительниц, но не столько от их актерского таланта, сколько от таинственной способности человеческого лица становиться экраном внутренней жизни, излучающим мельчайшие оттенки настроения. Актрис, которым была дана эта чисто кинематографическая способность, можно перечислить по пальцам: Витти и Друбич ею обладали в полной мере, а Карпуниной ее недостает, хотя как актриса она выполняет все то, что требуется ролью. Существуй у нее эта аура, можно было бы обойтись без дописывания того, что было заложено в наброске сценария, принесенного студенткой своему педагогу.

Соответственно, в картине есть лишь знак экзистенциальной ситуации, но нет ее раскрытия, которое могло бы произвести на зрителей эмоциональное впечатление. Тем более, что переезд в Индию ничего по существу не меняет - безделье в тропическом раю ничем не содержательней ничегонеделанья в московских апартаментах класса люкс.