ОБЗОРЫ
Убийца сёгуна, брат Затоичи (к 80-летию Томисабуро Вакаямы)
В незапамятные времена, когда прекрасный мир японского жанрового кино был почти неизвестен американскому и европейскому зрителю (по привычке обвиним в этом мейстримно-артхаусный истеблишмент), путь на Запад шедеврам 60-70-х прорубали "уличный боец" Сонни Чиба и "убийца сёгуна" Томисабуро Вакаяма. В случае с Вакаямой слово "прорубать" имеет самое что ни на есть прямое значение, так как он за пределами Японии известен прежде всего по ролям самураев. Если цитировать знатока жанра Пэтрика Гэллоуэя, "никто не орудует на экране мечом с той же яростью и умением, как Вакаяма". И фехтовальные феерии Убийцы сёгуна для многих современных постановщиков остаются сильнейшим впечатлением (сошлюсь хотя бы на всегда у местного Тарантино).
Теперь все уже знают, что Убийца сёгуна - это всего лишь компиляция первых частей серии Одинокий волк и волчонок, смонтированная для западного проката, и оригинальные фильмы серии найти и посмотреть достаточно просто. Современному любителю кино не составит труда найти и другие актерские работы Вакаямы, но, наверное, для всех поклонников он навсегда запомнится в облике вечного странника Огами Итто, виртуозного фехтовальщика и жестокого мстителя. Если вы посмотрите на страницы первоисточника "Одинокого волка", комикса Кадзуо Коике и Госеки Кодзимы, то будете слегка удивлены абсолютной несхожестью рисованного Итто и Итто киношного. Бравый герой комикса напоминает скорее Бунту Сугавару, Хидеки Такахаши или того же Чибу. Но теперь (особенно после многих телеверсий) трудно себе представить в этой роли кого-то, кроме Вакаямы, который по сию пору удивляет стремительным перевоплощением из неповоротливого увальня в ловкого убийцу-аса фехтования.
Разобрать огромную фильмографию актёра – задача, невыполнимая в рамках юбилейного обзора, но вспомнить об основных работах Вакаямы сегодня будет очень кстати.
Теперь все уже знают, что Убийца сёгуна - это всего лишь компиляция первых частей серии Одинокий волк и волчонок, смонтированная для западного проката, и оригинальные фильмы серии найти и посмотреть достаточно просто. Современному любителю кино не составит труда найти и другие актерские работы Вакаямы, но, наверное, для всех поклонников он навсегда запомнится в облике вечного странника Огами Итто, виртуозного фехтовальщика и жестокого мстителя. Если вы посмотрите на страницы первоисточника "Одинокого волка", комикса Кадзуо Коике и Госеки Кодзимы, то будете слегка удивлены абсолютной несхожестью рисованного Итто и Итто киношного. Бравый герой комикса напоминает скорее Бунту Сугавару, Хидеки Такахаши или того же Чибу. Но теперь (особенно после многих телеверсий) трудно себе представить в этой роли кого-то, кроме Вакаямы, который по сию пору удивляет стремительным перевоплощением из неповоротливого увальня в ловкого убийцу-аса фехтования.
Разобрать огромную фильмографию актёра – задача, невыполнимая в рамках юбилейного обзора, но вспомнить об основных работах Вакаямы сегодня будет очень кстати.
Томисабуро Вакаяма (настоящее имя Масару Окумура) родился в Токио 1 сентября 1929 года. По окончании школы он стал пробовать себя в музыке и даже добился некоторого успеха (неудивительно – его отец, Кацутодзи Кинейя, был очень популярным певцом, поэтому Вакаяма и его брат Шинтаро Кацу начинали именно с музыкальной карьеры). Собственно, именно тогда на афишах и появилось имя "Томисабуро Вакаяма", тогда как Кацу выступал под именем Кацумару Кинейя. Но кино привлекало братьев больше, чем музыка, поэтому в середине 50-х они и занялись его покорением. Тем более, что наш герой ещё и успешно занимался единоборствами. В 1954 Вакаяма заключил контракт со студией "ШинТохо" и сразу попал в фильм маэстро Тая Като Великий ниндзя Дзирайя. Проблема заключалась в том, что Като на тот момент ещё не был маэстро, и ни фильм, ни Вакаяма особого успеха не имели. Правда, актёра заметили и стали предлагать роли, но сам Вакаяма не был доволен своей работой. В 1959 году он перебрался на студию "Тоэй", быстро разочаровался и в ней, а затем, в 1962, оказался на "Дайэй". Президент "Дайэй", Масаичи Нагата, счёл, что Вакаяме мешает его связанное с музыкальным прошлым имя, поэтому на студии актёр снимался под именем Кендзабуро Дзё. На "Дайэй" у актёра появились интересные роли, в основном в самурайских лентах, снимался он и со своим младшим братом. Путь Кацу к славе тоже не получился гладким и быстрым, но старшего брата он опередил. Роль слепого массажиста и странствующего игрока-фехтовальщика Затоичи оказалась для Кацу в самый раз. И как раз в фильмах о Затоичи мы можем наблюдать взаимодействие двух замечательных братьев перед камерой. Вакаяма отметился ролью уже во второй части саги - Возвращение массажиста Ичи Кадзуо Мори (1962), но самым эффектным примером братского взаимодействия стал фильм Затоичи и сундук с золотом (1964, шестой в серии).
Выдающийся мастер Кадзуо Икехиро снял едва ли не лучшую картину о Затоичи, динамичную и изобретательную, которую украсил и незабываемый дуэт Кацу и Вакаямы. Последний предстал здесь в роли злодея, предпочитающего хлыст мечу и пользующегося им с не меньшей ловкостью. Возможно, самый колоритный противник Затоичи сходится со слепым фехтовальщиком в захватывающей дух финальной схватке, которую Крис Дежарден называет "рвущей нервы зрителя". А сам режисссер вспоминает об этом так: "Это был замечательный, но довольно безумный опыт. Кацу вёл себя как мальчишка и во многом подражал старшему брату. Эта пара была одержима идеей снимать самые оригинальные и безумные сцены действия в мировом кино. Честно сказать, их игрой я не всегда был доволен, но как дело доходило до драк и дуэлей, тут они работали безукоризненно. В финальном поединке есть сцена, когда Вакаяма скачет на лошади и хлыстом тащит за собой Кацу. Кацу очень беспокоился, так как сцена снималась без подготовки. Но братья решили сделать этот эпизод. Они были готовы на всё… Кстати, их поединка и в сценарии не было". Сотрудничество Вакаямы и Кацу ещё продолжится, а я только добавлю, что не вижу смысла судачить, кто из них лучше. Оба замечательных актёра сделали множество прекрасных фильмов, и оба заслужили своей работой любовь зрителей.
К самурайским лентам Вакаямы-Дзё на "Дайэй" мы ещё вернёмся. Но надо заметить, что актёр по-прежнему оставался недоволен своим положением. Поэтому в 1966 он возвратился на "Тоэй" (хотя будут в его карьере и работы на других студиях) и вернул себе имя Томисабуро Вакаяма. На "Тоэй" как раз был расцвет криминальных лент, якудза эйга, и именно в них Вакаяме предстояло сниматься ближайшие годы. Уже в 1967 он появился в Игорном зале Шигехиро Одзавы, и с той поры актёр присутствует едва ли не в каждом втором криминальном фильме. В это время Вакаяму можно назвать звездой и одним из самых заметных исполнителей студии, причём наш герой был в равной степени успешен, как снимаясь в поджанре якудза эйга "нинкйо", так и в пришедшем ему на смену "дзицуроку". Внешностью Вакаяма, конечно, не мог соревноваться с Кодзи Цурутой, Кеном Такакурой или Сугаварой. Работавший с актёром великий Киндзи Фукасаку описывал его как "обладавшего всеми качествами для выдающегося исполнения отрицательных ролей…я бы сравнил его с классическим "крутыми парнями" вроде Ли Ван Клифа и Хэмфри Богарта, правда, Вакаяма не был слишком стильным". Томисабуро-сан часто играл вышедших из-под контроля гангстеров или якудза-простолюдинов, которые добиваются успеха в криминальных войнах. Иногда Вакаяма уставал от таких героев и откровенно дурачился в кадре, беззастенчиво переигрывая, но в основном честно и высокопрофессионально отрабатывал поставленные задачи. Он даже получил собственные сериалы, из которых самым продолжительным стал Бандит (1968-1974, одиннадцать эпизодов). Режиссёр первой части, крепкий профессионал Косаку Ямашита, избрал для истории о якудза, покоряющем преступный мир Осаки, серьёзную манеру повествования, но со временем в Бандите всё отчетливее стали проступать комедийные элементы. И только благодаря игре Вакаямы такой переход был встречен зрителями благожелательно. Хотя более известными примерами работы актёра в жанре остаются ленты, где он играл роли пусть не главные, но очень запоминающиеся.
Самым знаменитым "нинкйо"-сериалом "Тоэй" остаётся Красный пион (1968-1972, восемь эпизодов) с красавицей Дзюнко Фудзи в главной роли. Сага о странствиях женщины-игрока Орю стала квинтэссенцией киноидей жанра "нинкйо" с непременным противостоянием благородных и резко отрицательных героев, воспеванием кодекса чести якудза, выверенным ритмом и изысканной хореографией финальных схваток. Над серией работали все ведущие жанровые режиссёры "Тоэй", включая ведущего мастера "нинкйо" Тая Като (да, давний знакомый Вакаямы добился немалого успеха), а Вакаяме досталась второплановая роль деревенского якудза, безнадёжно влюблённого в героиню. Его персонаж регулярно сваливается на головы действующим лицам (иногда в прямом смысле) и, демонстрируя лихие навыки рукопашного боя, спасает Орю, затем попадает в комичную ситуацию, а после исчезает, уступая дорогу романтическим звёздам Цуруте и Такакуре. На мой взгляд, в Красном пионе Вакаяма как раз переигрывает и комикует на неподобающем для него уровне. Но фанаты сериала и актёра очень любят эту его роль и включают в списки самых любимых у Вакаямы.
Куда интереснее роли, сыгранные Вакаямой у того же Като, например, в тюремной драме Приговор – 18 лет (1967). Жестокая экшн-драма остаётся лучшей из снятых этим блестящим режиссёром в сотрудничестве с экс-якудза Нобору Андо криминальных картин. Андо играет здесь гангстера, попавшего в тюрьму из-за предательства сообщника, а у Вакаямы эффектная роль жестокого надзирателя Фунаваки. Продажный и свирепый Фунавака с блеском сыгран актёром и остаётся одним из самых запоминающихся кинотюремщиков. Знатоки же "нинкйо" очень высоко ценят работу Вакаямы в фильме Ямашиты 1968 года Игорный зал – босс игроков (четвёртая часть сериала Игорный зал). Среди апологетов картины можно найти небезызвестного Юкио Мисиму, писавшего в своей рецензии: "Этот фильм приближает нас к канонам античных трагедий, он буквально дышит реалиями человеческого бытия". История о борьбе внутри сложной иерархии кланов якудза впечатляет сочетанием романтизации кодекса якудза с показом жестоких последствий слепого следования этому кодексу и мастерством в постановке боевых сцен. Вакаяма предстал в роли вспыльчивого Мацуды, который пытается восстановить порядок внутри клана и получить обещанное повышение, но лишь оказывается жертвой интриг беспринципных якудза. Серьёзная драматическая роль, в которой Вакаяма был безукоризнен и даже затмил исполнителя главной роли Кодзи Цуруту.
К самурайским лентам Вакаямы-Дзё на "Дайэй" мы ещё вернёмся. Но надо заметить, что актёр по-прежнему оставался недоволен своим положением. Поэтому в 1966 он возвратился на "Тоэй" (хотя будут в его карьере и работы на других студиях) и вернул себе имя Томисабуро Вакаяма. На "Тоэй" как раз был расцвет криминальных лент, якудза эйга, и именно в них Вакаяме предстояло сниматься ближайшие годы. Уже в 1967 он появился в Игорном зале Шигехиро Одзавы, и с той поры актёр присутствует едва ли не в каждом втором криминальном фильме. В это время Вакаяму можно назвать звездой и одним из самых заметных исполнителей студии, причём наш герой был в равной степени успешен, как снимаясь в поджанре якудза эйга "нинкйо", так и в пришедшем ему на смену "дзицуроку". Внешностью Вакаяма, конечно, не мог соревноваться с Кодзи Цурутой, Кеном Такакурой или Сугаварой. Работавший с актёром великий Киндзи Фукасаку описывал его как "обладавшего всеми качествами для выдающегося исполнения отрицательных ролей…я бы сравнил его с классическим "крутыми парнями" вроде Ли Ван Клифа и Хэмфри Богарта, правда, Вакаяма не был слишком стильным". Томисабуро-сан часто играл вышедших из-под контроля гангстеров или якудза-простолюдинов, которые добиваются успеха в криминальных войнах. Иногда Вакаяма уставал от таких героев и откровенно дурачился в кадре, беззастенчиво переигрывая, но в основном честно и высокопрофессионально отрабатывал поставленные задачи. Он даже получил собственные сериалы, из которых самым продолжительным стал Бандит (1968-1974, одиннадцать эпизодов). Режиссёр первой части, крепкий профессионал Косаку Ямашита, избрал для истории о якудза, покоряющем преступный мир Осаки, серьёзную манеру повествования, но со временем в Бандите всё отчетливее стали проступать комедийные элементы. И только благодаря игре Вакаямы такой переход был встречен зрителями благожелательно. Хотя более известными примерами работы актёра в жанре остаются ленты, где он играл роли пусть не главные, но очень запоминающиеся.
Куда интереснее роли, сыгранные Вакаямой у того же Като, например, в тюремной драме Приговор – 18 лет (1967). Жестокая экшн-драма остаётся лучшей из снятых этим блестящим режиссёром в сотрудничестве с экс-якудза Нобору Андо криминальных картин. Андо играет здесь гангстера, попавшего в тюрьму из-за предательства сообщника, а у Вакаямы эффектная роль жестокого надзирателя Фунаваки. Продажный и свирепый Фунавака с блеском сыгран актёром и остаётся одним из самых запоминающихся кинотюремщиков. Знатоки же "нинкйо" очень высоко ценят работу Вакаямы в фильме Ямашиты 1968 года Игорный зал – босс игроков (четвёртая часть сериала Игорный зал). Среди апологетов картины можно найти небезызвестного Юкио Мисиму, писавшего в своей рецензии: "Этот фильм приближает нас к канонам античных трагедий, он буквально дышит реалиями человеческого бытия". История о борьбе внутри сложной иерархии кланов якудза впечатляет сочетанием романтизации кодекса якудза с показом жестоких последствий слепого следования этому кодексу и мастерством в постановке боевых сцен. Вакаяма предстал в роли вспыльчивого Мацуды, который пытается восстановить порядок внутри клана и получить обещанное повышение, но лишь оказывается жертвой интриг беспринципных якудза. Серьёзная драматическая роль, в которой Вакаяма был безукоризнен и даже затмил исполнителя главной роли Кодзи Цуруту.
Ассоциативный ряд "Тоэй"- якудза эйга – лучшая роль" неизменно стоит закончить именем "Киндзи Фукасаку". На мой взгляд, все жанровые звёзды студии (кроме Дзюнко Фудзи) свой драматический талант полностью смогли продемонстрировать именно в его работах. Это и касается и Такакуры, и Цуруты, и Сугавары, и Хироки Мацукаты, и самой Мейко Кадзи. Разумеется, то же относится и к Вакаяме. Например, актёр блистателен в фильмах императора Киндзи Босс оргпреступности Японии (1969) и Сочувствие к неудачнику (1971, девятая часть сериала Игрок). Главные роли в обоих проектах отданы Цуруте, и он в них гораздо интереснее, чем в традиционных "нинкйо", но и работы Вакаямы забыть невозможно. Актёр играет в чём-то похожих персонажей - они возглавляют группировки якудза, не желающих подчиняться корпоративным правилам. Эти дикие якудза-анархисты приравниваются к героям Цуруты, благородным якудза, пытающимся жить по кодексу прошлого. Но в мире связанных с бизнесом и политикой современных гангстеров неподконтрольные группы и не избавившиеся от иллюзий о благородстве герои в равной степени обречены. Для Фукасаку эти фильмы обозначили переход к жестоким "дзицуроку", где документальный стиль и бешеный темп служили для разрушения всех мифов о положительности якудза. Для Вакаямы они стали возможностью сыграть схожих героев в совершенно разной манере. Мияхара из Босса - вечный бунтарь, психически неуравновешенный наркоман, чей темперамент пугает даже коллег-гангстеров. Суровый же Йонабару из Симпатии носит "связку гранат вместо подтяжек" (по выражению Пэтрика Мэйшеса) и уверенно руководит своими окинавскими якудза, не желая допускать на свою территорию врагов "с главного острова". Оба входят в галерею самых запоминающихся персонажей якудза эйга и в число самых памятных ролей Вакаямы.
Пиком же сотрудничества Фукасаку и Вакаямы я бы назвал Новые бои без чести и жалости (1974). Фукасаку на тот момент уже стал лидером "дзицуроку" и японского кино вообще, но и за спиной Вакаямы уже имелся Огами Итто. Требовалась смелость, чтобы после стоического самурая пойти на роль резко отрицательного гангстера, но Вакаяме смелости было не занимать. И вот в Новых боях он предстал в образе махинатора, интригана и полнейшего негодяя (по версии Фукасаку таким и является идеальный преуспевающий якудза), создав эталонный образ кинозлодея. Даже регулярные исполнители подобных ролей у Фукасаку вроде Нобуо Канеко энергии и мастерству Вакаямы в этом фильме могут только позавидовать.
Теперь же самое время вспомнить и об основных самурайских ролях актёра. В "дзидай гэки" Вакаяма снимался с самого начала своей карьеры. Ещё в его пришествие на "Тоэй" он, например, отметился участием в Фестивале фехтовальщиков Шигехиро Одзавы (1961). Самурайские фильмы "Тоэй" до конца 50-х-начала 60-х редко приобретали статус вечнозеленой жанровой классики из-за чрезмерной традиционности и недостатка реализма, но Фестиваль поклонники "дзидай гэки" любят, во многом из-за игры Вакаямы. В истории о соревновании лучших фехтовальщиков Японии ещё не особенно знаменитый актёр более чем достойно смотрелся рядом со звездой самурайского кино Рютаро Отомо и регулярно снимавшимся у Мидзогути Эйтаро Шиндо. Пэтрик Гэллоуэй описывает Вакаяму в Фестивале так: "Здесь он похож на японскую звезду хард-рока, воплощение характерной для молодёжи обиды на весь мир. Но угрюмый Шуриносуке-Вакаяма в любой момент может сменить угрюмость на вспышку всесокрушающего темперамента. Тогда он сражается как демон".
За время работы на "Дайэй" Вакаяма специализировался в основном на ролях ужасных, но всегда интересных злодеев. К упомянутому Затоичи и сундуку с золотом можно добавить, например, ленту Ниндзя – банда убийц Сацуо Ямамото (1962). Вакаяма предстал здесь в облике реально существовавшего военачальника Нобунаги Оды. Коммунист Ямамото даже экшн о ниндзя превратил в историческую аллегорию классовой борьбы, сделав Оду воплощением тирании, против которой и борются герои-ниндзя. Вакаяма постарался на славу, так как от его жестокого негодяя, с лёгкостью осуществляющего массовые убийства и развлекающегося отрезанием ушей пойманных врагов, глаз не оторвать. Противостояние Вакаямы и звёздного Райзо Итикавы в роли героического ниндзя Гоэмона оказалось столь успешным (среди поклонников фильма значится писатель Иэн Флеминг), что их схватка продолжилась в вышедшем в том же 1962 и снова снятом Ямамото сиквеле Ниндзя – банда убийц 2. Да и в более поздних частях этого ставшего популярным сериала Вакаяма возвращался, правда, исполняя уже другие роли.
Вакаяма отметился и ещё в одной знаменитой самурайской серии "Дайэй", где главную роль опять играл Итикава. Кьоширо Немури – сын чёрной мессы вполне может претендовать на звание шедевра и проходить как одно из тех произведений, которые изменили представление зрителей о "дзидай гэки". Вакаяма появился уже в самом первом фильме о Немури, циничном ронине-полукровке, в котором западный зритель может увидеть японских Джеймса Бонда, Филиппа Марлоу и Майка Хэммера разом. В Китайском нефрите Токудзо Танаки (1963) Немури-Итикава вовлечён в конфликт между коррумпированным феодалом и контрабандистом. Оба персонажа вызывают у мизантропа Кьоширо отвращение, но непременное участие красивой женщины не позволяет герою выйти из игры. Тем более что среди многочисленных врагов героя есть один, внушающий даже язвительному Немури уважение. Именно его, потомка китайских эмигрантов Чен Суна, и сыграл Вакаяма. Этот не лишённый благородства наёмник расправляется с врагами только голыми руками, но и ему не суждено устоять против виртуоза-фехтовальщика Немури. Правда, точно переданный Вакаямой магнетизм Суна заставляет "сына чёрной мессы" оставить достойного противника в живых, а зрители-поклонники Томисабуро-сана уже с нетерпением ожидали следующей дуэли героев.
Чен Сун вернулся только в четвёртой серии, Меч соблазнения Кадзуо Икехиро (1964), но это было весьма эффектное возвращение. Икехиро окончательно превратил серию в самое оригинальное самурайское зрелище "Дайэй", активно заимствуя стилистику британских шпионских комедий, спагетти-вестернов, "нуаров" и хорроров, не забывая о динамике действия, изобретательной хореографии боёв и собственном неповторимом визуальном стиле. В Мече соблазнения зрителя ждёт очередная сложная интрига с участием правительственных агентов, принцессы-наркоманки и преследуемых христиан. Ждёт их и Чен Сун. Вакаяма точно прочувствовал более эксцентричную манеру Икехиро, оттого вместо обритого наголо аскета из Китайского нефрита здесь мы встречаем не чуждого роскоши наёмника, на голове которого возвышается залихватская причёска вполне в духе Короля Элвиса. Актёр безукоризненно вписался в незабываемый мир Меча соблазнения, став одним из его неотъемлемых элементов, поэтому нетрудно догадаться, что и на сей раз Суну удалось избежать смерти от клинка Немури.
После возвращения на "Тоэй" Вакаяма, как уже говорилось, сосредоточился на якудза эйга. Поклонники самурайских ролей актёра и здесь могут найти для себя что-то интересное - в "нинкйо" герои чаще пользуются холодным, а не огнестрельным оружием, но не стоит думать, что студия полностью отвернулась от "дзидай гэки". Вакаяма даже получил свой самурайский сериал, Охотник за головами. Нетрудно догадаться, что серия отсылала зрителей к вестернам, точнее, к спагетти-вестернам. Самым удачным стал второй фильм, Форт смерти (1969), снятый мастером жанра Эйичи Кудо. Сделав картину данью уважения шедеврам Серджо Леоне, автор Большой бойни ничуть не пожертвовал индивидуальностью, порадовав зрителей захватывающим и остроумным фильмом. Кудо вспоминал Вакаяму с неизменной симпатией: "Он был движущей силой всего проекта… С ним было очень весело работать, хотя Вакаяма мог удивить своей незрелостью. Например, если с ним в чём-то не соглашались, то он мог дуться целый день на всю группу. Если начинался спор, и он понимал свою неправоту, то сразу притихал и подолгу не разговаривал. Его настроение постоянно и радикально менялось. Для меня Вакаяма был большим ребёнком, отказывающимся взрослеть".
Пиком же сотрудничества Фукасаку и Вакаямы я бы назвал Новые бои без чести и жалости (1974). Фукасаку на тот момент уже стал лидером "дзицуроку" и японского кино вообще, но и за спиной Вакаямы уже имелся Огами Итто. Требовалась смелость, чтобы после стоического самурая пойти на роль резко отрицательного гангстера, но Вакаяме смелости было не занимать. И вот в Новых боях он предстал в образе махинатора, интригана и полнейшего негодяя (по версии Фукасаку таким и является идеальный преуспевающий якудза), создав эталонный образ кинозлодея. Даже регулярные исполнители подобных ролей у Фукасаку вроде Нобуо Канеко энергии и мастерству Вакаямы в этом фильме могут только позавидовать.
За время работы на "Дайэй" Вакаяма специализировался в основном на ролях ужасных, но всегда интересных злодеев. К упомянутому Затоичи и сундуку с золотом можно добавить, например, ленту Ниндзя – банда убийц Сацуо Ямамото (1962). Вакаяма предстал здесь в облике реально существовавшего военачальника Нобунаги Оды. Коммунист Ямамото даже экшн о ниндзя превратил в историческую аллегорию классовой борьбы, сделав Оду воплощением тирании, против которой и борются герои-ниндзя. Вакаяма постарался на славу, так как от его жестокого негодяя, с лёгкостью осуществляющего массовые убийства и развлекающегося отрезанием ушей пойманных врагов, глаз не оторвать. Противостояние Вакаямы и звёздного Райзо Итикавы в роли героического ниндзя Гоэмона оказалось столь успешным (среди поклонников фильма значится писатель Иэн Флеминг), что их схватка продолжилась в вышедшем в том же 1962 и снова снятом Ямамото сиквеле Ниндзя – банда убийц 2. Да и в более поздних частях этого ставшего популярным сериала Вакаяма возвращался, правда, исполняя уже другие роли.
Чен Сун вернулся только в четвёртой серии, Меч соблазнения Кадзуо Икехиро (1964), но это было весьма эффектное возвращение. Икехиро окончательно превратил серию в самое оригинальное самурайское зрелище "Дайэй", активно заимствуя стилистику британских шпионских комедий, спагетти-вестернов, "нуаров" и хорроров, не забывая о динамике действия, изобретательной хореографии боёв и собственном неповторимом визуальном стиле. В Мече соблазнения зрителя ждёт очередная сложная интрига с участием правительственных агентов, принцессы-наркоманки и преследуемых христиан. Ждёт их и Чен Сун. Вакаяма точно прочувствовал более эксцентричную манеру Икехиро, оттого вместо обритого наголо аскета из Китайского нефрита здесь мы встречаем не чуждого роскоши наёмника, на голове которого возвышается залихватская причёска вполне в духе Короля Элвиса. Актёр безукоризненно вписался в незабываемый мир Меча соблазнения, став одним из его неотъемлемых элементов, поэтому нетрудно догадаться, что и на сей раз Суну удалось избежать смерти от клинка Немури.
После возвращения на "Тоэй" Вакаяма, как уже говорилось, сосредоточился на якудза эйга. Поклонники самурайских ролей актёра и здесь могут найти для себя что-то интересное - в "нинкйо" герои чаще пользуются холодным, а не огнестрельным оружием, но не стоит думать, что студия полностью отвернулась от "дзидай гэки". Вакаяма даже получил свой самурайский сериал, Охотник за головами. Нетрудно догадаться, что серия отсылала зрителей к вестернам, точнее, к спагетти-вестернам. Самым удачным стал второй фильм, Форт смерти (1969), снятый мастером жанра Эйичи Кудо. Сделав картину данью уважения шедеврам Серджо Леоне, автор Большой бойни ничуть не пожертвовал индивидуальностью, порадовав зрителей захватывающим и остроумным фильмом. Кудо вспоминал Вакаяму с неизменной симпатией: "Он был движущей силой всего проекта… С ним было очень весело работать, хотя Вакаяма мог удивить своей незрелостью. Например, если с ним в чём-то не соглашались, то он мог дуться целый день на всю группу. Если начинался спор, и он понимал свою неправоту, то сразу притихал и подолгу не разговаривал. Его настроение постоянно и радикально менялось. Для меня Вакаяма был большим ребёнком, отказывающимся взрослеть".
Герой Охотника за головами так полюбился публике, что сценарист серии Кодзи Такада ввел похожего персонажа во вторую часть трилогии Легенды о ядовитой соблазнительнице (1969). Серии трилогии связаны только участием актрисы Дзюнко Миядзоно, но все они рассказывают истории о женской мести в самурайскую эпоху. Вакаяма отметился совсем другой ролью уже в первой части, поставленной Йошихиро Ишикавой в 1968 году, но тот фильм особенно заметным не стал. Лишь когда в серию пришёл великий визуалист и реформатор хоррора Нобуо Накагава, Легенды превратились в яркое и порой ирреальное зрелище, расцвеченное талантом Нобуо-сана. И Вакаяма именно у Накагавы сыграл наёмного охотника за преступниками, с блеском перефразировав роль из Охотника за головами. Его герой включается в действие, когда красавицам-мстительницам Миядзоно и Рейко Ошиде приходится туго, и именно Вакаяма появляется, чтобы окончательно восстановить справедливость и превратить каждый поединок со своим участием в шедевр жанра.
И вот мы подошли к самому громкому самурайскому проекту с участием Вакаямы, собственно, к Одинокому волку и волчонку. Здесь снова не обошлось без Шинтаро Кацу. Продюсерское чутьё брата Вакаямы редко давало сбои. В начале 70-х Главный Затоичи Всех Времён уловил изменения в жанре самурайского фильма. Коммерческий традиционализм Инагаки, занудство Кобаяши и поверхностность Куросавы уже ушли в прошлое. Революционные находки Кудо, реализм Като и стилистические изыски Икехиро проложили путь новому и оригинальному. Вот только для должного конкурирования с жестокими, эротизированными и циничными якудза эйга нового десятилетия или с набиравшим моду "pinky violence" самурайскому фильму требовалось стать таким же жестоким, эротизированным и циничным. Бунтари и обличители самурайского духа из 60-х уже не казались подходящими героями. Нужны были самураи-одиночки, презирающие установленные кодексы, живущие по своим правилам, в общем, герои, для которых насилие, в том числе и сексуальное – образ жизни. Основу для кинематографических воплощений таких героев Кацу нашёл в комиксах Кадзуо Коике. Кровавые истории, изобилующие эротическими сценами, не всегда содержали достаточный заряд цинизма и нигилизма, но эту задачу уже предстояло решать сценаристам и режиссёрам. В 1972 компания "Кацу продакшнс" запустила сразу два сериала по комиксам Коике, Лезвие Хэнзо (в главной роли Кацу) и Одинокий волк и волчонок (в главной роли Вакаяма). У меня по-прежнему нет желания сравнивать братьев, но сравнить сериалы всё же придётся. Мне больше по душе сериал Лезвие Хэнзо - по замыслу более провокационный и оскорбительный. Увы, интересные идеи не всегда реализовывались здесь на должном уровне. Да и слишком короткой получилась серия - всего три фильма, из которых первый (Меч правосудия Кендзи Мисуми) стал малоудачным, второй (Ловушка Ясудзо Масумуры) получился шедевром, а третий (У кого золото? Йошио Инуэ) оказался добротным примером жанра. Одинокий волк и волчонок вышел поровнее - из шести серий (1972 – 1974) слабой можно назвать только последнюю, снятую Йошиюки Куродой. В основном на Волке работал опытный специалист дзидай гэки Кендзи Мисуми (серии 1-3 и 5). Профессионализм режиссёра налицо, но каких-то особых провокаций в его работах не найдёшь. Конечно, впечатляет его умение превратить схватки на мечах в кровавые балеты, да и эстетизацию насилия он сумел сделать модой для многих последователей, в том числе превосходивших его по таланту. Но в работах Мисуми мне не хватает язвительности, оригинальности, эмоциональной силы, чёрного цинизма Икехиро, Кудо, Масумуры или Теруо Ишии (снявшего выдающуюся экранизацию Коике Клан забывших о восьми добродетелях). Даже в Одиноком волке моя любимая часть (четвёртая) снята не Мисуми, а Бьюичи Сайто, известного в большей степени по работе в якудза эйга. Но именно здесь помимо традиционных масштабных боёв есть потрясающая дуэль Итто-Вакаямы с татуированной мстительницей Оюки-Мичи Азумой. Дуэль, где даже фехтовальные изыски отходят на второй план перед элегически грустным настроением схватки - две во многом родственные души, встретившиеся среди вечных войн и насилия, обречены драться друг с другом насмерть.
Впрочем, может статься, что именно внешние эффекты Одинокого волка и превратили его в хит на Западе. И, конечно, работа Вакаямы. Как ни относись к самим фильмам, его роль здесь, конечно, заслуживает попадания в золотой фонд самурайского кино, вместе с Кьоширо в исполнении Немури Итикавы или Затоичи Кацу. Странствующий по Японии ронин Огами Итто, преданный властями и ищущий мести в мире, полном насилия, действительно оказывается эталонным образом самурая. Малоразговорчивый и суровый Итто в мгновение ока превращается в безжалостного истребителя, но при всей своей внешней жестокости остаётся человеком незаурядного благородства, преданным памяти погибшей жены и привязанном к маленькому сыну Дайгоро, тому самому "волчонку", который является единственным компаньоном Огами-сана. Поэтому смотреть Одинокого волка и волчонка всем поклонникам самурайского кино надо обязательно. 
С конца 70-х дела в японском кино пошли не лучшим образом. Вот и у Вакаямы фильмов и ролей уровня "золотых 60-70-х" уже не отыщешь. Хотя актёр продолжал активно сниматься и не только в японских фильмах. Популярность Убийцы сёгуна была сильна, поэтому Вакаяма периодически попадал и в американские ленты. Например, вместе с Кеном Такакурой поучаствовал в Чёрном дожде Ридли Скотта (1989). В том же 1989 он снялся в недоразумении под названием Великий духовный мир Тецуро Танбы – что происходит после смерти. С художественной точки зрения Духовный мир (как и всё выпячивающее свою духовность) ничего из себя не представляет. Но все же стоит сказать несколько слов об этом фильме. Его автор Тецуро Танба – известный актёр, который в 80-е вдруг посвятил себя духовным исканиям, результатом чего стало религиозно-философское учение о том, что после смерти нас ждут только приятные события в некоем Великом духовном мире. Ахинея, конечно - но популярность его учение получило (как, впрочем, вся религиозно-философская ахинея). Даже не разделявшие восторгов признавали, что пожилым и смертельно больным учение Танбы порой шло на пользу в психологическом смысле (в других смыслах, прежде всего финансовом, это помогло прежде всего Танбе, который очень неплохо на духовном мире заработал). Танба был человеком незаурядного личного обаяния и всегда пользовался любовью и уважением коллег - поэтому в его киноэкзерсисе о прелестях духовного мира согласились участвовать такие звёзды, как Цунехико Ватасе, Сонни Чиба и как раз Томисабуро Вакаяма. Вакаяма играет Воплощение Великого Духа (зачастую имя героя переводится просто "Бог") и не сказать, чтобы блещет в этой роли. Но честно признаюсь – был бы нашим Богом Вакаяма, как мы его знаем по фильмам и отзывам кинематографистов, то хуже жизнь точно не стала бы. Да и вообще Бог-Вакаяма гораздо лучше Бога-Аланис Моррисетт или даже Бога-Моргана Фримэна.
Начало 90-х Вакаяма встретил в работе. В 1991 в фильме Шах и мат Дзюндзи Сакамото он сыграл тренера по боксу и вряд ли думал, что эта работа станет для него последней. Но, увы, 2 апреля 1992 года жизнь актёра оборвал сердечный приступ.
Марк Шиллинг писал о Вакаяме: "В худших ролях он откровенно переигрывал, в лучших - привносил в игру страсть и жизненную силу, целиком вживался в образ и мог быть убедительным даже в тех фильмах, где его персонаж был плохо прописан. Его магнетизм придавал мощный заряд энергии самурайским и криминальным фильмам. В сегодняшнем кино Японии подобных ему нет, и я сильно сомневаюсь, что в ближайшем будущем появится достойный преемник Вакаямы". Добавлю от себя – в каком бы фильме он не играл и какой бы уровень игры не демонстрировал, вы не сможете забыть его или спутать с кем-либо. Это ли не лучшая судьба для киноактера?
Начало 90-х Вакаяма встретил в работе. В 1991 в фильме Шах и мат Дзюндзи Сакамото он сыграл тренера по боксу и вряд ли думал, что эта работа станет для него последней. Но, увы, 2 апреля 1992 года жизнь актёра оборвал сердечный приступ.
Марк Шиллинг писал о Вакаяме: "В худших ролях он откровенно переигрывал, в лучших - привносил в игру страсть и жизненную силу, целиком вживался в образ и мог быть убедительным даже в тех фильмах, где его персонаж был плохо прописан. Его магнетизм придавал мощный заряд энергии самурайским и криминальным фильмам. В сегодняшнем кино Японии подобных ему нет, и я сильно сомневаюсь, что в ближайшем будущем появится достойный преемник Вакаямы". Добавлю от себя – в каком бы фильме он не играл и какой бы уровень игры не демонстрировал, вы не сможете забыть его или спутать с кем-либо. Это ли не лучшая судьба для киноактера?